Прошел на кухню, достал турку и большую жестяную банку с молотым кофе. Поставил на плиту. Теща сморщилась.

— Нет бы сначала позавтракать, только желудок портишь всякой дрянью, — проворчала она.

— Что вы понимаете, Валентина Ивановна, это божественный напиток, чистейшая амброзия! — возразил ей, вызвав еще одну недовольную гримасу на лице тещи.

— Твоей амброзией можно насекомых травить… — Валентина Ивановна открыла навесной шкафчик и достала круглую коричневую банку. — Вот! Пей! Специально для тебя купила отличный растворимый кофе. Индийский, между прочим! Знаешь, какая за ним очередь была?

И сунула банку мне в руки. Я повертел ее и поставил на место, в шкафчик. Стало и смешно, и грустно. Смотрел на тещу и вспоминал сказку про то, как муж подарил бедной женщине новую юбку. Мол, твоя старая вся в заплатках. А баба на радостях развернула обновку и говорит: «Надолго теперь хватит! Это ж сколько из нее заплаток выйдет⁈». Так вот и моя теща.

— Светлана, заканчивай свой макияж, пойдем завтракать! — позвал я жену.

— Чего кричишь? — возмутилась теща. — Что за это за такие уставные отношения у вас?

— Валентина Ивановна, если мне потребуется ваше мнение по поводу отношений с женой и воспитания дочерей, я его у вас обязательно спрошу. А сейчас кушайте, омлет стынет, — я взял чашку с кофе, сделал глоток и, игнорируя сердитые взгляды Валентины Ивановны, улыбнулся вошедшей жене.

Страшнее тещи зверя нет, как говорится в известном анекдоте. Конечно, я уважаю и ценю маму своей супруги, но помыкать собой не позволю.

Позавтракали омлетом, также на столе был обязательный хлеб с маслом, без которого у Валентины Ивановны завтрак просто немыслим. Кстати, как и ужин. Тут же стоял чайник, чашки, сахарница с кусочками рафинада. Девочки попытались выпросить конфеты, но теща положила перед ними по яблоку.

— Можете съесть сейчас, можете забрать с собой в школу. Конфеты с утра есть вредно! — отрезала она.

— А шоколад полезен для работы мозга, — попыталась поспорить Таня.

— И после него всегда хорошее настроение! — поддержала сестру Леночка.

Проигнорировав сердитый взгляд тещи, я достал из шкафа вазочку с конфетами и скомандовал:

— Разбираем конфеты — и одеваться! Довезу вас до школы.

В коридоре вдруг затрезвонил телефон. Я подошел и снял трубку.

— Владимир Тимофеевич, — послышался спокойный, мягкий голос Удилова, — сегодня в десять утра у Андропова состоится совещание. Я бы хотел, чтобы вы на нем присутствовали.

В моей реальности в это утро все были на пожаре. И Андропов, и Устинов с Черненко. А первому секретарю Московского горкома Гришину присутствие на пожаре едва не стоило жизни. Виктор Васильевич кинулся руководить пожарными, и чуть не попал под обрушившуюся оконную раму.