Итак, Лесков ликвидирован, Гвишиани арестован. Но особого удовлетворения от этих событий я не испытывал. Просто понимал, что нахожусь пока еще в самом начале пути. Свалить Андропова будет куда сложнее. Вот уж кто пророс во власть всеми корнями, так это он! Пожалуй, пока только и остается молиться, чтобы Леонид Ильич как можно дольше сохранял здоровье и крепко стоял на ногах. Хватит ли моих способностей, чтобы уберечь Генсека от инсульта?

Я посмотрел на часы — семь утра. Жаль, в Кратово заехать не успеваю. Захотелось увидеть Светлану, послушать, как спорят девочки. Но жена уже собирается на работу, дочки в школу, а без тещиных комментариев уж как-нибудь обойдусь.

Приехав в Заречье, сразу прошел в домик охраны. Быстро принял душ, переоделся. Благо, запасной комплект одежды всегда держал в шкафу.

Прошел в главный дом и сразу поднялся в кабинет Рябенко. Сверился с расписанием. В восемь выезд в Кремль, участие Леонида Ильича в заседании Политбюро, потом работа с документами. Обычный рабочий день Генерального секретаря, и обычный рабочий день начальника его охраны.

Прикрепленным к Генсеку сегодня был Солдатов. Когда я спустился, Леонид Ильич уже закончил завтракать. Я столкнулся с ним в дверях.

— Володя, поешь, — по-отечески заботливо предложил Леонид Ильич. — Наслышан о твоих новых приключениях. Уже Цинев с утра приезжал с докладом. Но поговорим с тобой об этом в Кремле.

Брежнев покинул столовую, а я прошел к небольшому столику рядом с большим банкетным столом и присел на стул. Официантка принесла мне завтрак. То же, что ел Генсек — салат и омлет, но, видимо по указанию Виктории Петровны, для меня добавили тарелку с большой отбивной и несколько ломтей бородинского хлеба. Только начав есть, почувствовал, как я, оказывается, проголодался. А потому с завтраком управился очень быстро.

В Кремль ехали под усиленной охраной. Добавилось еще две машины выездной охраны к обычному кортежу из трех автомобилей.

Первым, кого мы встретили в приемной, оказался Косыгин. Алексей Николаевич мерял шагами приемную, было видно, что он нервничает. Что ж, понятное дело, что арест зятя не пройдет бесследно для председателя Совета министров СССР.

«Быстро же примчался Алексей, и как теперь с ним разговаривать? И обижать его не хочу, и никак по другому», — подумал Леонид Ильич и тяжко вздохнул.

Мы прошли в кабинет, пока что оставив Косыгина ожидать. Солдатов помог Леониду Ильичу снять верхнюю одежду, повесил ее в шкаф. Брежнев прошел в комнату для чаепитий, огляделся и, снова тяжело вздохнув, сказал: