— Люблю, — помедлив пару секунд, все-таки твердо сказала Светлана. — Но я ведь и правда, как жена моряка. Никогда не знаю, вернешься ли ты домой. Жив ты или уже умер. Ладно, это я так… Сегодня с девочками надували шарики и я вспоминала, как раньше делали это вместе. Пойдем, кормить тебя буду.

— Я не голоден, — отказался я от предложения. — Давай лучше спать. Завтра выходной — буду валяться в кровати, пока мне не станет стыдно. Ты будешь валяться рядом со мной, и мы будем бессовестно лениться и целоваться, забыв обо всем.

Светлана наконец-то растаяла и улыбнулась. Но все-таки не удержалась от сарказма, продолжив мои фантазии:

— … и тут вдруг зазвонит телефон, тебя потребуют на работу, потому что небо на землю рухнуло и надо кого-нибудь спасать!

— Значит, будем целоваться сегодня!

Я сгреб жену и, игнорируя ее шутливые протесты, понес в спальню.

Конечно, по поводу утра я погорячился, никогда не спал долго, как все жаворонки просыпаясь с рассветом. Света еще спала, а я уже сделал зарядку, принял душ, побрился. И как только собрался начать готовить завтрак…

Конечно же, зазвонил телефон.

Я выскочил в коридор и снял трубку.

— Владимир Тимофеевич, — услышал в трубке голос Сухорукова. — Сегодня в двенадцать сдаете экзамены, не забыли?

Хм… Да уж, вот вам и выходной…

Положил трубку, покачал головой, проклиная свою забывчивость. А ведь снова обещал жене побыть сегодня с ней, но ее вариант истории про неожиданный телефонный звонок победил. И ничего не поделать, не могу же я пропустить экзамен.

Пока пил утренний кофе, вспоминал странный сон, который приснился мне сегодня ночью.

Сны мне теперь снились редко, но они всегда были интересные и яркие. Сначала, когда только попал сюда, в семидесятые, я видел сны, скорее уместные для Владимира Гуляева. Снились сверкающие ночной рекламой московские улицы, километровые пробки на дорогах, витрины бутиков. Как-то раз приснилось, что я ел пиццу в пиццерии…

Сны Владимира Медведева были другими. В его снах было много Брежнева. Еще много тещи — когда сон был неприятным. Часто снились рабочие моменты, поездки с Леонидом Ильичом, присутствие на официальных встречах.

Раньше я их различал — вот сон Гуляева, а вот сон Медведева. Потом они стали путаться, совмещаться. К примеру, как-то приснилось, что Леонид Ильич и я сидим вместе в суши-баре. Во сне я удивлялся тому, как Леонид Ильич ловко, практически виртуозно, орудует палочками… Или еще такой же «смешанный» сон: мы с Андроповым будто бы слушаем выступление Путина по телевизору и Андропов комментирует, называя меня Медведевым.