И тем не менее благодаря усилиям Тени новый регион рос. Медленно, с трудом отвоёвывая свою территорию у отравленной солю и ядами почвы, но всё равно рос!

Он и привлёк незваных гостей своим видом, позволив Тени изучить их ещё на подходе к своим территориям.

* * *

На подходе к зелёному пяточку, выделявшемуся на фоне песчаного дна бывшего моря, словно прыщ на белой ягодице, подъехали две багги. Их жестяные крыши, призванные защищать пассажиров от яростного света звезды красовались обширными ржавыми пятнами. Целые ряды мощных светодиодных фар ярко поблёскивали защитным пластиком, а на месте дверей и вовсе была пустота. Сзади же обоих драндулетов шумно пыхтели своими цилиндрами бензиновые двигатели, грозно посвистывая массивными компрессорами, словно сошедшими с картинок о далёком прошлом.

— Нихера себе… — заглушив двигатель из первой багги вышли двое, с интересом начав продеть по округе. Почти сразу за ними последовала и вторая пара, двинувшись в противоположном направлении. Аккуратно трогая гигантские кости, заглядывая в провал в земле, куда утыкался скелет, и рассматривая сами растения, появившиеся здесь хрен пойми откуда, четвёрка бандитов не выпускала оружие из рук ни на секунду. А уж мысли о том, чтобы снять герметичные шлемы, переделанные из авиационных в пехотные, и вовсе не шло. Бережёного, как говорится, и духи пустыни берегут.

Всё это они проделывали почти в полной тишине, лишь изредка хмыкая сами себе или привлекая внимание напарников жестами или тихим окликом. система личной связи, встроенная в шлемы, береглась на случай боевой обстановки, так как аккумуляторы имели сильно ограниченный ресурс. Износ за десятилетия использования у них был чудовищным.

— Что с координатами? — наконец обе пары встретились у машин, обойдя всю эту территорию по кругу.

— Спутник ушёл час назад. Так что только примерные координаты выставлю. Ночью могу по звёздам посчитать, — сможет снизить погрешность втрое. Но лучше дождаться следующего цикла. Заодно и сеанс видеосвязи проведём — отчитаемся, — один из бандитов, одетый ниже пояса в полевую военную форму песчаного цвета, вынул из набедренного чехла военный планшет, испещрённый десятками царапин, в весьма потёртом корпусе. Ударопрочная герметичная конструкция с честью выдержала испытания, продолжая работать даже спустя восемьдесят лет с момента изготовления. Даже и не думая умирать! Именно поэтому военная аппаратура всегда стоила так дорого — десятикратный запас прочности етить колотить. Она и сейчас ценилась куда выше гражданских приборов, даже если те были откопаны на старых складах ещё в заводской упаковке.