Во время войны сюда так и не рухнула ни одна бомба. Все они были успешно перехвачены ПВО ещё на подлёте, однако электронные мозги боеголовок каждый раз успевали детонировать за мгновение до разрушения, что повлекло за собой множественные удары по самому городу взрывными волнами, порождёнными в атмосфере. Несколькими такими атаками были обрушены все его мосты, гражданского класса высотные дома, поджарена электроника большей части техники города из-за обширного поражения ЭМИ, так что инфраструктура вскоре встала мёртвым грузом. Лишь подземные сети кое-как устояли в последовавших после землетрясениях. Особенно когда континент начали сотрясать удары не природного характера, а тектонического оружия — одного из самых последних аргументов того времени.
Когда земля начала уходить из-под ног, оставшиеся в живых люди постарались всеми способами покинуть бетонную ловушку, в буквально смысле выгрызая себе путь к недолгой жизни на открытом пространстве, отравленной всевозможной дрянью. Кому-то удалось сбежать и даже остаться в живых, кто-то так и сгинул в попытке спастись, а подавляющее большинство жителей так и остались лежать на улицах в своих квартирах, посечённые осколками стела, отравленные радиацией выпавших осадков, ослеплённые и обожжённые вспышками атмосферных взрывов. Кое-кто в угаре хаоса пытался даже мародёрствовать, но жуткие катаклизмы настигли и этих безумцев.
Когда же берега реки начали сыпаться в реку, оседая во время землетрясений, поменялся и весь местный ландшафт. Особенно досталось центральному острову, ушедшему под воду на шесть этажей целиком! Там теперь только и остались что острые обломки зубов-небоскрёбов, торчавшие из воняющей аммиаком реки, разрезая её мутную гладь. Хрен его знает, что произошло выше по течению во время землетрясений, но даже спустя семьдесят лет с последней войны вода в этой реке была непригодной к употреблению. По утрам же и вовсе над её поверхностью зависал туманный смрад, убивающий всё живое….
Но люди всегда умудрялись приспособиться даже к самым тяжёлым условиям благодаря своей изобретательности. Удалось это и здесь.
Несмотря на то, что большая часть берега осыпалась в реку, а из-за смещения грунтов повсеместно появились провалы, уничтожившие большую часть инфраструктуры города, здесь всё равно было куда удобнее жить чем в бесконечных пустошах. И люди таки жили! И не только жили, но и кормились с развалин некогда обширного поселения: разбирали здания на стройматериал, демонтировали пригодное оборудование с едва уцелевших заводов и фабрик, выгребали любые ценности с ещё не разграбленных квартир. После чего обменивали у железных караванщиков эти вещи на воду в цистернах, продукты, скот и прочие жизненно важные товары.