– Да, так и есть, поджимает. Я с Рэмом как раз и нарвался на засаду возле такого места.

– А мы никуда не поджимаемся, мы напрямую движемся. Это и есть удобство.

– Пастор, далеко мы так не уйдем, чернота не сплошная, дальше она закончится.

– Закончится, но не надолго, через несколько километров опять возникнет. И если знаешь, как нужно ходить, никогда не попадешь в ситуацию, когда впереди просветов в черноте нет, а назад уже не вернуться, потому что твое время выходит. Знаешь, что с такими несчастными случается? Они обычно почему-то присаживаются там, где теряют последние силы, и замирают в таком положении. Получаются сидячие статуи из черного опала. Чернеют они быстро.

– На опал не похоже, я это антрацитом называю – черное и блестит. Ваша секта по таким местам прячется, раз ее до сих пор не прищучили?

– Провокационный вопрос, ты прекрасно понимаешь, что ответить я не смогу. Давай лучше о черноте поговорим.

– А что о ней говорить?

– Ну как это, что? Вот, к примеру, знаешь ли ты, что своим существованием Полис так же, как почти все прочие поселения этого региона, обязан именно черноте?

– Не знал, да и не думаю, что все с тобой согласятся.

– Умные согласятся, а мнение интеллектуального большинства не имеет значения. Не буду вдаваться в подробности, но раньше все было не так, раньше орды одна за другой беспрепятственно кочевали и на восток, и на юг, и на север – куда угодно, здесь располагался их… как это сказать… их проходной двор. Все начало меняться около века назад, точную цифру никто не назовет. Исподволь, постепенно, поначалу незаметно. Чернота расползалась именно там, где она удачно вписывалась в уже существующие ландшафтные преграды, главным образом водные. Со временем привычные лазейки захлопнулись, зараженные начали выискивать новые, но они тоже постепенно заполнялись чернотой. В итоге мы пришли к ситуации, когда орды, формирующиеся в удаленных западных районах, уходят или на юг, или на север, только там они могут с комфортом добираться хоть до самой Внешки, во всех прочих местах или путаются в лабиринтах черноты и воды, растрачивая силы в долгих блужданиях, или вообще не находят выхода. Широкомасштабные нашествия стали редкостью. Таким образом образовался пригодный для жизни регион со множеством удобных для создания поселений стабов, удаленный от Внешки и, к сожалению, почти отрезанный от юга, и от севера – и туда, и туда отсюда непросто добираться. Очень география мешает, к тому же и зараженные, и внешники свою лепту вносят, без них в Улье было бы скучно жить. Но в большинстве районов обстановка спокойная. Конечно, я говорю о спокойствии по меркам Улья. Ты Полис видел, сам должен такие вещи понимать.