Но этот ящер преспокойно спал. Ну, или находился в состоянии, похожем на сон.
Это надо было тщательно исследовать.
Глава 16
Я сидел на холодном металлическом стуле, чувствуя, как его ребристая поверхность давит мне в бедра даже через толстую ткань брюк. Кончики пальцев автоматически постукивали по подлокотникам кресла, выбивая нервный ритм.
Передо мной возвышалась герметичная камера из многослойного закаленного стекла — на случай, если подопытный все же проснется.
Техники в стерильных серо-голубых халатах, похожие на теней в туманном аквариуме, возились вокруг неподвижного тела ящера, аккуратно фиксируя лапы существа к специальным пластинам с мягкими креплениями.
Я ощутил, как по моей спине пробежал холодок. Ананси, сидевший у меня на левом плече, слегка пошевелил лапками, его белые волоски колыхались в такт моему дыханию.
— Давление стабильное, — донеслось из сетчатого рупора. — Триста десять на сто семьдесят. Частота дыхания — 6 вдохов в минуту. Показатели Потока… — Он замолчал, прищурившись. — Странно. Они не совпадают с нашими предыдущими образцами.
Я провел пальцами по шраму на ладони — тому самому, что остался после форта Талвар. Кожа там все еще была слишком гладкой, новорожденной.
— Вскрытие не вариант, — сказал я громче, чем планировал. Мои слова повисли в густом воздухе лаборатории, наполненном запахом озона и стерилизатора.
Из тени за камерой вышел высокий мужчина в очках с толстыми линзами, которые делали его глаза неестественно большими.
— Мы уже пробовали все внешние стимулы, — его голос звучал устало, будто он повторял это в сотый раз. — Электрические импульсы, температурные перепады, звуковые удары. Даже прямое введение концентрированного Потока в нервные узлы не дало реакции.
Я поднялся с кресла, чувствуя, как ортезы на ногах мягко принимают на себя мой вес.
— Вы терпите меня здесь, потому что ящера отдали мне, — проговорил я, глядя ученому прямо в глаза. — И уже не первый день продолжаете игнорировать мои рекомендации, благо хотя бы не делаете того, что я прямо запрещаю. Но давайте все-таки сделаем так, как я говорю. Вы ведь не хотите проблем?
В лаборатории воцарилась тишина, настолько глубокая, что я услышал, как где-то капает вода. Даже вентиляция, до этого равномерно гудящая, будто затаила дыхание.
Очкастый ученый сглотнул, его кадык резко дернулся:
— Ваш метод… крайне рискован. Мы не знаем, как отреагирует его организм на ваши нити. И как отреагируете вы сами. — Он нервно поправил очки. — Это может быть похоже на попытку подключиться к работающему реактору голыми руками.