К тому же в Холодной Звезде, раз уж официально она ехала ради культурного обмена, наверняка будут какие-нибудь светские приемы, куда сам по себе я бы никогда не попал и где в теории можно было найти знающего о белом шуме человека.
К тому же я бы не сказал, что наша с восьмой принцессой встреча плохо закончилась. Да, на меня подавили аурой, чуть-чуть поугрожали. Но по большому счету это была показуха, необходимая, чтобы проверить, поведусь ли я на такое.
А с тех пор не было ни новых попыток меня завербовать, ни покушений, ни открытых угроз, ни саботирования моих планов, хотя, уверен, у Розовой Бабочки для этого были все ресурсы. Они наблюдали. Выжидали. Возможно, мой отказ лишь подстегнул их интерес.
А что может быть интереснее, чем заполучить того, кто от нее отказался, в качестве подчиненного? Это была игра на ее тщеславии. И я мог в нее сыграть.
— Ладно, — вздохнул я, уже предвкушая разговор с Юлианной и очередную встречу с Розовой Бабочкой. — Когда отправляемся?
Глава 22
Соленый ветер с залива бил в лицо, неся с собой запах рыбы, смолы и далеких стран. Я стоял на деревянных мостках порта, втиснутый в толпу придворных и слуг, и старался дышать ровно и размеренно, хотя внутри у меня, признаться, все сжималось от предвкушения.
Теперь я был уже не Лейраном иль Регулом, а Тейзом Поларом, без приставки, потому что не член королевского клана, а просто слуга, тридцать восемь лет.
Из-за того, что я не мог использовать силу выше позднего Ледника, чтобы не навредить своему телу, официально именно на этой стадии я и находился, что было очень выдающимся, но не сверхъественным результатом к почти сорока годам.
А тот факт, что я якобы начал тренировать Поток по особым программам королевской семьи (которые реально существовали), на несколько лет раньше положенного, объясняло мой молодой внешний вид и оставляло еще меньше вопросов к позднему Леднику.
О том, что меня могли узнать в лицо, я не беспокоился. Хотя я встречался лично с некоторыми высокопоставленными лицами государства вроде официальных представителей кланов или чиновников из министерства обороны, в целом своим лицом я почти нигде и никогда не светил.
К тому же после того, как я сменил наряд на практичный серо-черный костюм телохранителя, постриг волосы почти под ежик и вставил ярко-зеленые контактные линзы, определить во мне Лейрана смогли бы лишь те, кто очень хорошо знал меня в жизни.
Из сопровождения принцессы о моей настоящей личности знала лишь она сама, так как Курт, поддерживавший ее изначально и имевший канал связи, обратился к ней напрямую ради моего зачисления в ее свиту. И с одной стороны это было хорошо, но с другой по прежнему напрягало.