— Даже не представляю, как это делать. Я не нашла, где в «Мире изменённых» можно рисовать трёхмерные образы.

— Этого не нужно, мам! — Руслан напомнил о том, что он тоже присутствует в кабинете. — Гея не должна иметь какой-то образ. Наоборот — она должна быть максимально размытой. Что-то абстрактное, непонятное. Помнишь, на нашем старом компьютере была заставка с чем-то постоянно изменяющимся? Вот и нам такое нужно.

— Упростил так упростил. Если до этого я не знала, как создать простую статичную фигуру, то после того, что ты сказал о чём-то изменяющемся, прямо полегчало…

— Зачем создавать картинку? — Артёма озарило. — Ты же можешь вывести ему перед глазами изображение! Точно также, как я через имплант.

— Это могу. Только мне нужно его на чём-то проецировать. Даже трёхмерные карты строятся на базе — берётся некий фундамент и к нему приделывается картинка. Не на стене же я это лепить буду.

— Дрон! — практически одновременно воскликнули Артём и Павел. Посмотрев друг на друга, мужчина расхохотались и уже Павел продолжил: — Цепляем на дрон хромакей и на его фоне ты можешь проецировать хоть чёрта.

— Не чёрта, а вот это! — Артём сделал несколько настроек и продемонстрировал видео энергона. Физик так и не решился выяснить, попадают ли участники его группы под влияние этого материала, поэтому держал добытую Котом каплю подальше от людей. Но видео снять это не помешало.

— Да, это оно! — возбуждённо воскликнул Руслан, уставившись на переливающуюся радугу. — Это Гея!

***

Очередное пробуждение отдалось головной болью. Антон ощутил себя на чём-то мягком, но не спешил открывать глаза — у мужчины не было сомнений, что перед глазами вновь появятся успевшие стать ненавистными сообщения. В животе заурчало, что заставило Текшина задуматься — судя по ощущениям, он не ел несколько дней. Хотя прекрасно помнил, как набил брюхо за несколько минут до потери сознания. Это стало определяющим фактором, чтобы разобраться, что вообще происходит. Антон открыл глаза и … и сразу же их закрыл, потому что то, что он увидел, в природе существовать не имело права. Это уже не глюки — это что-то более серьёзней.

— Я знаю, что ты проснулся и увидел меня, Антон, — раздался женский голос. Звучку Геи Нина взяла на себя, — Не нужно делать вид, что меня не существует. Я здесь, и я реальна.

Антон нерешительно открыл один глаз. Сердце часто забилось, дыхание по какой-то причине перехватило, но на этот дискомфорт мужчина не обратил внимания. Он не сводил взгляда с самого удивительного существа, что только можно представить. Оно свободно висело в воздухе и переливалось всеми цветами радуги, постоянно перетекая из одной формы в другую. То шар, то странная кракозябина, то ощетинившийся шипами прямоугольник. В голове начало гудеть, но Антон не сводил взгляда со странного существа — раньше глюки не умели разговаривать.