Кучаева закинули в миниатюрный вертолёт и довольно шустро транспортировали в крематорий. Вот только вместо пафосных речей и скорой отправки в печь, физика поджидало ещё одно испытание. Сразу три доктора, засучив рукава, обступили свою жертву. В их руках, как и у командира наёмников, появились шприцы.

— Что это? — поинтересовался Артём. Тишина, с которой действовали медики, бесила.

— Экспериментальные препараты на основе энергона, — с охотой ответил главный врач тюрьмы. — Регенерация, модернизация мышц, усиление костной структуры, повышенная проходимость нервных клеток… Много чего. Можно сказать, что это сыворотка «супер-солдата» и ты её первый получатель. Мы проанализировали принцип действия твоего прибора и на его основе создали препарат с заряженными частичками артефакта. Пока он действует только на иммунных людей, но в скором времени мы придумаем, как расширить его на всех. И тогда не придётся приносить в жертву целые толпы, достаточно одного-двух бомжей, чтобы создавать сотню таких сывороток.

Артём прикусил губу, чтобы не застонать. От укола по всему телу разлился самый настоящий огонь. Большо было даже пошевелиться! Тем не менее Кучаев терпел — доставлять удовольствие зрителям он не собирался. Дрон никуда не улетал, продолжая вести свою трансляцию.

— Очень хорошо, — довольно произнёс медик, наблюдая за Артёмом. — Постарайся не шевелиться. От этого зависит итоговый результат.

На голову Кучаеву нацепили утыканный проводами шлем. Выполнить приказ врача оказалось довольно просто — физик даже дышать перестал, лишь бы не тревожить тело. Огонь в венах начинал бушевать все сильней и сильней, стараясь отбить у сознания управление телом и передать его чему-нибудь низменному и животному. Артём держался, но с каждой секундой начинал сомневаться в собственных силах.

Прибор жужжал недолго. Кожу на голове немного покололо, но на фоне того, что творилось с телом, Кучаев не обратил на это особого внимания. Он не задумывался, для чего понадобилась странная процедура, думал лишь о том, чтобы не застонать. В какой-то момент пик боли достиг предела и что-то должно было сломаться. Либо Артём, либо пополнивший вены огонь. От нехватки кислорода начала разрываться грудь и Кучаев сдался, судорожно вдохнув. Вот только вместо волны страдания пришло облегчение — каким-то чудом воздух погасил весь пожар. Артём почувствовал небывалую лёгкость — казалось, что даже в верёвках он сможет прыгнуть до потолка и пробить его кулаком. В голове зашумело, как после хорошей попойки, но без помутнения разума. Все вдруг стало таким чётким, ясным, понятным. Кучаев читал о том, что происходит с человеком после принятия наркотических препаратов, но никогда не пробовал этого сам. И сейчас физик мог чётко говорить, что описание даже близко не стояло с реальными ощущениями.