Он нахмурился. Уже хотел что-то сказать, но я его опередил.
— Господин Ли, я только за честные деловые отношения и поэтому не хочу вас обманывать никаким образом и тем более подставлять. Я мог бы сказать: «да, давайте, я прыгну под ваше крыло», а потом просто кинуть. Конечно, нас бы преследовали, но согласитесь, удар был бы ниже пояса. Именно поэтому говорю начистоту, как есть — я не соглашусь на ваше покровительство, потому что для меня это не имеет смысла и вам нечем на меня надавить. Но мы вполне можем сотрудничать с вами на равных правах. В этом случае вы можете быть уверены, что я вас не кину, не подставлю и в деликатных вопросах не сдам. Я не буду отрицать, своим влиянием и репутацией вы сможете нас прикрыть, но нам это не нужно.
Он вздохнул, облокотившись на спинку дивана, в то время как госпожа Ли всё это время сидела ровно, не позволяя себе такого.
— Что же, тогда, если я вам откажу, куда вы пойдёте?
— Для начала, даже если я приму предложение, то вы никогда не сможете быть уверенными, что мы подчинимся вам в нужное мгновение, потому согласитесь, лучше вообще быть одним, чем иметь таких помощников. А потом, есть и другие дома, — пожал я плечами. — Только прошу, не думайте, что я вас шантажирую или угрожаю. Я просто стараюсь описать ситуацию.
— Я понимаю, — кивнул он. — Но другие дома вас как раз-таки и прижмут.
— Соломона не прижали, и нас не будут. К тому же, мы просто найдём тех, кто согласится работать с нами на равных. Лучше иметь честного партнёра, чем гнилого слугу.
Естественно, я немного шантажировал их. Иначе никак, если я хочу получить то, что необходимо. Лесть, шантаж, скрытые угрозы, опять лесть.
К тому же, если уж откровенно, они были слабым домом. Великим, но слабым, который пытался выёживаться и показываться себя чуть больше, чем они есть на самом деле. В любом другом доме это всё воспринимали как бизнес, но здесь он пытался несколько раз сначала перевести это на свой счёт, чтоб состроить обиженку. Довольно вульгарный ход, как по мне, так как прекрасно ясно, что речь идёт о вполне адекватной услуге, а не о том, что я пытаюсь купить их.
Как по мне, жалкие попытки тех, кто слаб, выставить себя сильными. Но тем не менее, именно с ними мне и светило больше всего пользы. Слабые после войны, от них можно было получить больше преференций, чем от других домов, которые, вполне возможно, и попытаются сделать нас должниками. Им наша дружба будет тоже выгодна, какие-никакие, но сила и партнёр, который поддержит. Так что я был уверен на семьдесят процентов, что глава дома согласится вести со мной дела.