— Откуда вам знать, что это было самым дорогим в её жизни? — уныло спросил я. Мне стало вновь грустно.
— Потому что ей было не наплевать. Она хотела осветить ребёнка, а не бросила его просто так. Поэтому вы действительно прощены, Эрнест. И потому, когда вы сказали, что вам стало легче, мне стало тоже легче. Вы тоже смогли найти силы простить себя и двигаться дальше. И я уверена, что у такого человека, как вы, кто бы то ни был, тоже хотел бы попросить прощение.
— Возможно. Но теперь я этого не узнаю. Хотя если бы я просто услышал: «прости меня, что я так сделал», простое «прости», мне было бы гораздо легче. Я уже привык, это словно вес, который всегда на себе тащишь и привыкаешь к нему, но мне бы действительно стало немного легче.
На мою руку легла её тёплая ладошка.
— Я уверена, что когда-нибудь вы услышите эти простые слова.
Я глянул на неё. Мария сидела, слегка наклонившись и склонив голову вбок, стараясь заглянуть мне в глаза. Она улыбалась.
Я никогда не смогу улыбаться так же, потому что не смогу услышать эти заветные слова. И потому не смогу простить.
Глава 180
— Вы хороший человек, Мария, — улыбнулся я слабо, взяв её ладошку и немного сжав в своей руке. — В вас есть что-то… что-то такое… доброе, в отличие от всего остального города.
— Просто вы видите то, что хотите видеть, — улыбнулась она. — Люди вокруг гораздо добрее, чем вам кажется. Хотите, я докажу вам это?
— Ну… ладно, хорошо, — кивнул я.
— Вспомните, помогал ли вам кто-то в этом городе и честно скажите мне об этом.
— Мне…
Я сразу вспомнил толстого повара Оскара, который подкармливал меня, а потом подкармливал и Саки. Вспомнил хитрого старика, который всё же разрешал мне приносить квартплату позже, чем следовало. Те бабки во дворе, что охраняли детей, люди, раздающие горячую еду. Люди, что говорили просто тёплое слово, и кто помогал, так или иначе. Вспомнил ту же Нинг. И пусть я не знал, действительно ли она делала это искренне, Лань Янмэй из дома утверждала, что тогда она их спасла. И теперь собирала деньги сама. Я действительно нашёл тот фонд, как и нашёл, что его хозяевами являются род Лань. А Саки? Я не мог назвать её злой, не чувствовалось от неё этого.
— Да, помогали, — кивнул я.
— Как вы считаете, много ли их вокруг?
Много ли добрых людей вокруг? Кажется, что и нет, но я не видел и не знал каждого. Я крутился в совершенно других кругах, где доброта — лишь проявление слабости.
— Я думаю, что таких достаточно, чтоб вы верили, что город ещё не потерян.
— Да, я верю в это, — улыбнулась Мария. — И вы правы, их много. Честно говоря, я даже удивлена, что вы так ответили, потому что обычно люди говорят другое.