— Потому что не воспринимают всерьёз, — подытожил я.
— Не только поэтому. Поговори с тобой, и многое встанет на свои места, и воспринимать тебя будут уже как должно. Однако делать партнёром такой слабый картель никто не будет. Будь ты официальной компанией или представителем официального бизнеса, то и разговор бы был другой, но ты преступник, уж прости за такие слова. Я не говорю, что с криминальным миром не сотрудничают, но для подобных твоей организации это подачки в то время, как требовать будут по полной. Вести дела могут только с тем, кто равен или близок по силе — остальные лишь подчиняются. И ты должен это понимать хоть отчасти.
Он внимательно всматривался мне в глаза на протяжении нескольких секунд.
— И ты это понимаешь, как вижу. Потому и пришёл именно сюда, к нам. Считаешь, что наш дом вот-вот утонет и мы будем готовы схватиться за любую возможность, лишь бы остаться в живых. Так вот, Томас, это не так. Возможно, криминалу это и не свойственно, но домам присуща гордость, поэтому…
Он сделал неопределённый жест рукой.
Глава 178
Мы сидели молча друг напротив друга, пока я первый не нарушил тишину.
— Иначе говоря, вы не видите возможности договориться со мной, господин Ли?
— Это ты мне скажи, Томас, видишь ли ты её или нет.
— Я вижу, господин Ли, но, как вы сказали, гордость не позволит вам вести дела с криминалом, даже если на кону будет дом.
— Не совсем верно ты интерпретировал мои слова, молодой человек, — покачал он головой. — Я сказал, что со слабым картелем никто не согласится вести дела на равных, потому ты не пошёл и вряд ли в будущем пойдёшь к ним. Ведь ты не хочешь покровителей над головой.
— Тогда прошу простить, но я не понял, что вы имели ввиду.
— Я сказал, если ты думаешь, что мы не откажем тебе, то сильно ошибаешься, Томас. Возможно, для нас такой союз и будет полезен, но он нам не критичен. Он критичен для тебя.
— Значит, вы не говорите «нет», но и «да» не говорите, — до меня не доходило, к чему он может клонить. Его штучки действовали мне на нервы, и этому старику доставляло удовольствие играть на них. Я уже не стал говорить ему, что мне он тоже не критичен, потому что шансы договориться ещё были.
— Верно. Ты приходишь ко мне и предлагаешь сотрудничество. Вопрос в том, почему я должен на него соглашаться? Я тебя не знаю. Одно дело, если бы ты пришёл ко мне с желанием служить, но другое — ты хочешь равных прав. Почему я должен принять положительное решение в пользу твоего предложения?
— Может потому, что вам это выгодно?
— Допустим, что выгодно. Но не настолько, чтоб мы сразу вот так согласились. Я даже не знаю, будешь ли ты обузой для нас или принесёшь пользу.