— А вы часто видитесь с аристократами?
— Я финансист, как и говорил. Из-за фирмы мне приходится иногда пересекаться с ними.
— Я понимаю, — кивнула она. — Из уст обычной девушки вежливая речь выглядит скорее как желание выделиться и показать собственное превосходство.
— Нет, просто заметил за вами это.
— Просто так воспитали меня бабушка и дедушка. Они были старого уклада люди, поэтому воспитывали меня как девушку, что может представить нашу семью перед кем-либо, кто выше по рангу. Чтоб стыдно не было. Всё детство — срок немаленький. Это въедается даже в кровь.
— Понятно… И всё же от вас это звучит не высокомерно, а мило.
Она подняла ко мне взгляд, удивлённо хлопнув глазами.
— Спасибо…
К этому моменту к нам с заискивающей улыбкой подошла официантка. Подозреваю, что послали к нам самую-самую из всех.
— Добрый день, могу ли я принять ваш заказ?
Я даже не знаю, что выбрать, если честно…
— Пожалуйста, — зато с готовностью вытянулась Мария. — Будьте добры, мне…
И посыпались названия, которые для меня ничего не значили. Первое, второе, десерт, вино… Я ни слова не понял, но сделал ход конём, когда официантка улыбнулась уже мне.
— Всё то же самое.
— Слушаюсь, — кивнула она и ушла.
— Всё то же? — улыбнулась Мария.
— Будем считать, что у меня сегодня нет своего мнения, — пожал я плечами. — Я даже не представляю, что здесь выбрать, поэтому положусь на ваш вкус.
— Надеюсь, наши вкусы совпадут.
Сказать, что мне не понравилось, я не мог. Как и не мог сказать, что мне понравилось, если честно. Потому что когда еда у вас размером с харчок повара, понять и почувствовать вкус довольно затруднительно.
— У вас такое разочарование на лице, — рассмеялась Мария, отпивая вино.
— Ощущение, что большую часть еды съел официант, пока нёс сюда, — пробормотал я, тыкая вилкой в маленький кусочек чего-то.
Из-за моих слов Мария неожиданно прыснула прямо в бокал вина. Всё, что она только что отпила, вылилось обратно. Пытаясь сдержаться, она закрыла рот ладошкой, но вино хлынуло прямо через нос, заставляя её закашляться и рассмеяться ещё сильнее. Чтоб хоть как-то скрыть свой позор, Мария схватила тряпичную салфетку и закрыла ей лицо, продолжая смеяться.
Жесть… вот это реакция… Мне аж кровь к лицу прилила.
Мария продолжала содрогаться, поглядывая на меня смеющимися влажными глазами. Успокоилась лишь через минуту.
— Эрнест, вы ещё тот злодей, нельзя смешить девушку, когда она принимает еду.
— Девушка проглотила смешинку, видимо, раз её смешат даже такие шутки.
— Просто от вас исходит хорошая аура, Эрнест. С вами меня само собой тянет улыбаться, уж не знаю почему. Вы удивительный человек.