— Вы не слышали, Мария, что гордыня и хвастовство до добра не доводят, — усмехнулся я.
— А это не хвастовство, — невозмутимо ответила она, хотя уголки губ то и дело пытались приподняться. — Это факт.
— Хорошо… Тогда начнём. Сильверсайд.
— Дшан.
— Нью-Йорк.
— Касунгу, — вздёрнула она носик.
— Вы не ищите лёгких путей, — усмехнулся я.
— А то! Свет — это воин на пути тьмы.
— А вы у нас… меченосцы.
— Верно.
— Ну ладно, ладно… Будем играть по жёсткому. Уттарадит.
— Тезпур.
— Рютовю.
Встретились два монстра. Называть обычные города? Нет, мы сразу пошли по самым заковыристым, пытаясь показать своё превосходство. Правда, сколько бы мы ни знали городов, правда в том, что все эти Рочедо и Энисно — лишь те города, о которых мы когда-то слышали, и у нас не справочники в головах, поэтому очень быстро мы перешли на Москву, Чинь-Жуй, Харбин — города, что знакомы каждому. Причём говорили мы очень быстро, будто играли в шахматы на время.
За каких-то десять минут мы опустошили свои запасы едва ли не полностью, от чего города начали повторяться. Приходилось следить за этим, так как мне показалось, что Мария — очень азартная личность. Чересчур азартная. Видно, что она пытается это скрыть, но слишком безуспешно.
А такие иногда могут и повториться «случайно».
Хотя к её чести, за ней я такого не заметил.
— Суздаль, — выдала Мария.
— Лидс, — ответил я.
— Созополь, — новая атака.
— Лас-Вегас, — ответка.
— Сиэтл.
Мы не чурались даже топить друг друга. Я её топил на буквы «С», а она меня на букву «Л». У неё прямо горели глаза от азарта и желания выиграть. Это просто уму непостижимо, насколько Мария изменилась.
— Мария, к слову. Вы азартны, вы знаете об этом?
Она заметно покраснела.
— Все мы не безгрешны, Эрнест. Есть такая слабость за мной, верх одерживать. По крайней мере, пытаться.
— Да, по тому, как вы пытались заставить меня уверовать и исповедаться, можно было догадаться сразу.
— Ну зачем вы, — смутилась Мария. — Я лишь хотела, чтобы вам стало легче. Вряд ли это можно отнести к тому, что я пыталась одержать верх.
— Но за свет вы и в пекло прыгните.
— Пекло — прародитель света, оно мне не страшно, — скромная улыбка. — К тому же, это игра. Вам было бы скучно, поддавайся я. В игре можно и немного дать себе воли. Так каков ваш ответ, Эрнест? Я победила? Есть ли слова на «Л»?
— Конечно, — я одарил её коварной улыбкой. — Леос.
— Это моя деревня! — мило возмутилась она. — Это нечестно!
— Да ладно, — всплеснул руками я. — Вы же сказали, что можно дать себе воли.
— Моя деревня… — жалостливо, но явно шутя, пробормотала она. — Это был мой заветный ключик к победе в случае неминуемого проигрыша.