— Ничего… в следующий раз…
Да-да, в следующий раз. Он тоже всё правильно понял — поцелуй тому доказательство. В следующий раз всё будет как надо, и она сделает всё правильно.
На вопрос, почему же её так привлёк молодой человек с изуродованным лицом, Мария ответить однозначно не могла. Просто была в нём какая-то сила и мужественность вместе с милым юношеским стеснением и уверенностью. Эрнест не пытался строить из себя кого-то и по поведению словно был взрослее неё самой. Казалось, он смотрел на всё взглядом уже состоявшегося мужчины, знающего, чего хочет, из-за чего Мария чувствовала себя, как бы это странно ни звучало, в надёжных и сильных руках. Но при этом был не настолько взрослый, чтоб стать занудой, с которым было неинтересно. Когда нужно, он был серьёзным, когда нет — мог улыбнуться и пошутить.
А внешность… как бы это странно ни звучало, но если смотреть на нормальную половину лица, то он был вполне себе симпатичным. Ладно, он не был симпатичным, но с другой стороны, в нём была мужественность, пусть он и был молодым. А ещё он вряд ли куда-нибудь убежит. Немного эгоистичная мысль, но с таким лицом он-то точно не сможет от неё уйти, будет держаться за неё. А она сможет быть спокойной.
Эгоистичная мысль. Тёмная мысль.
Мария вздохнула, понимая, что нельзя так думать и что ей следует исповедаться. Осветить свою душу светом, что прогнать накопившуюся тьму. Она уже получила своё, теперь же Марии хотелось лишь найти своё пристанище и начать всё заново. С чистого листа и с чистой душой, под солнечным светом.
Много ли она просит?
* * *
— Даже не знаю… — пробормотал Джек.
— Я знаю, — ответил я, одеваясь. — Фея, ты остаёшься здесь.
— Я поняла, — кивнула она. — Можешь положиться.
Настроение было… странным. Не хорошим, но и не плохим. Хотя, наверное, я бы сказал, что ближе к хорошему. После Марии я чувствовал себя как-то иначе, немного чище, если будет так корректно выразиться. Меня не тянуло лететь, как в прошлый раз, однако душу грели воспоминания, заставляя меня изредка улыбаться.
— Просто… не знаю… может пусть сами едут к нам? Что вдруг мы должны к ним ехать? Они же деньги нам должны.
Речь шла о клане Хассы, которые задолжали нам денег за наркотики. Я решил, что раз они сами не платят, надо наведаться к ним и решить вопрос уже на их территории. Как он будет решаться, зависело от клана, но я готовился как к миру, так и к войне, молниеносной и сокрушительной.
— Нет, едем мы. Надо лично поговорить с ними, напомнить, с кем они ведут дела и что бывает с теми, кто не платит.
— Хочешь устроить резню в другом городе?