– Заждался, милый?
Горло слегка перехватило, пришлось кивнуть в знак согласия, а супруга уже щебетала:
– Милый, девочек я уложила спать. Нянечка присмотрит. Так что можно сегодня…
Её узкая рука скользнула к ширинке, и Святослав мгновенно ощутил, как там, внизу живота, стало вдруг горячо.
– Слушай… Он склонился к розовому ушку:
– А может, ну его… Не поедем? Лукавый взгляд, затем тихий страстный ответ:
– Лучше поедем, но… попозже…
Дверь в спальню тихо щёлкнула, а в следующий миг в разные стороны полетели и щегольский китель, и тонкое кисейное бальное платье …
…Тогда старший лейтенант успел на «пароход». К утру уже сидел в кресле на пульте имени «товарища Гэу», ожидая смены. Подумаешь, отлучился – ерунда. Ребята прикрыли. Были планы отстоять смену, и если не объявят «Ветер-2» или «Ветер-раз» сойти на берег официально… Но, как говорится, надежды приказали долго жить. Хотя ровно в восемь ноль-ноль, как и положено по Уставу, старлея сменили с поста, но капитан распорядился с борта на берег никого не отпускать до особого распоряжения в связи… Формулировка была расплывчатой и непонятной. Но недолго. Уже к полудню весь личный состав кроме вахтенных, выстроили на пирсе возле трапа и через несколько минут из подъехавшего «Уазика» вылезли трое. Кое-кто при виде приехавших побледнел, а у некоторых от волнения даже выступили на носу капельки пота. Начальник Особого Отдела дивизии. Его заместитель. И… Начальник строевой части. Ещё кто-то сидел в машине, наружу не высовываясь…
Когда троица стала перед строем напрягшихся моряков, строевик откашлялся, как-то беспомощно взглянул на «особистов», затем выудил из неизменного потёртого портфеля стопку листков и начал оглашать список. Святослав с ужасом услышал и собственную фамилию. Закончив, кап-два спрятал список обратно, а главный «особист» рявкнул:
– Названные, выйти из строя!
Треть личного состава «бидона» покинули свою лодку навсегда… Северный Флот испытывал жуткую нехватку личного состава. Поэтому со всех кораблей решили выгрести «одну боевую смену» – треть личного состава. На их место приходили резервисты из числа гражданских. Дымник попал комдивом-раз на атомную лодку в другую дивизию, стоящую в одном из «героических» гарнизонов. Так их называли аборигены. Название таким городкам давали в честь героев-североморцев. Новое место службы. Новый экипаж. Новое место жительства. Впрочем, его старлей даже осмотреть толком не смог. Только получил ключи от новенькой квартиры в девятиэтажке за речкой, делящей гарнизон на две части, да ордер. И за работу. Изучить нужно было очень много и очень быстро. Лодка готовилась к дальнему походу. «Большой круг» подразумевал рейс к берегам Британии, затем – вдоль Франции до самой Африки. Оттуда – через океан к берегам США и назад. Короче, разведка. Кто уцелел, что осталось. Так что за месяц до выхода на «боевую» Святослав даже на берег ни разу не сошёл. Всё время в каюте да на положенном по штату месте. Подготовка, переобучение, сдача допуска на самостоятельное несение вахты… Столько не сидел за учебниками и наставлениями с самых курсантских годов. Но – всё успел. И всё сдал… Потом был бесконечно долгий поход. Их лодка выполняла поставленную задачу. Две многоцелевых атомарины сопровождали атомную лодку спецназначения из какого-то очень закрытого, но не 12 ГУМО. Та лодка была напичкана аппаратурой и всякими специалистами. Несколько раз высаживались на берег с целью поиска уцелевших. Бесполезно. Стеклянная почва, заставлявшая дозиметр просто исходить истошным воем. Свечение по ночам жуткими переливами радиации. Картина увиденного заставляла шевелиться коротко стриженные волосы под пилоткой.