* * *
Вернувшись домой, Пётр Николаевич повелел прислуге подать себе чаю, затем закрылся в кабинете и разложил перед собой чистые листы бумаги и географический атлас Издательства братьев Меньшовых одна тыща девятьсот десятого года. Итак, что мы имеем о Кольской Земле? Географически – Север Империи. Но есть незамерзающие порты и заливы. Богат рыбой, многочисленные стада оленей. Живут – поморы и лопари. Говорят, что большой интерес проявляли к тем землям вездесущие британские агенты. Впрочем, где только ушлых бриттов не видели… Но – ладно. Посетовав на скудность сведений, Пётр Николаевич подвинул к себе чистый лист белоснежной веленевой бумаги и аккуратно обмакнул «пушкинское» стальное перо, украшенное силуэтом поэта, в малахитовую чернильницу. Задумавшись на мгновение, вывел первую фамилию делегации, которую должен был сформировать: Мамонтов, Савва Иванович. Затем появилась другая – фон Дервиз… К полуночи список был готов. Дурново позвонил в колокольчик. Бесшумно открылась дверь и просунулась голова личного секретаря:
– Чего изволите, Пётр Николаевич?
– Вот что, голубчик… Позвони, будь любезен, в Штаб Петербургского гарнизона, пусть пришлют курьера ко мне. Скажи – письмо Государю, немедленно. В собственные руки. По ЕГО приказанию. Понял?
– Да, Ваше Сиятельство!
И исчез. На лице сидящего в кабинете появилась усмешка – председатель самой большой Думской Фракции мог себе позволить ТАКОЕ… * * *
Три огромных сверкающих стальных птицы, каждая размером с новейший эсминец русского флота «Новик» неслись почти у самой поверхности воды, вздымая тучи водяного тумана. Скорость их была неимоверная. Петр Николаевич Дурново, даже потер глаза, думая, что это наваждение. Двести? Да тут все триста или даже четыреста верст в час! Впрочем, тут пускай военные разбираются – он скосил глаза на стоявшего рядом с ним генерала Бонч-Бруевича, знаменитого географа и адмирала Эссена, входивших в состав посольства, его же задача другая – заключить дипломатический договор. На выгодных для Российской Империи условиях. Выгодных в его, Петра Николаевича, понимании, а не в понимании англо– и французофилов. Впрочем, и те, и те сейчас не в почете, ибо потеряли своих заграничных покровителей. Как в лице физических лиц, так и в лице юридических лиц – Западная Европа лежала в руинах. Уцелела одна треть Германии, Австро-Венгрия, Болгария, Сербия, Италия…
Крейсер «Рюрик-II», дымя трубами, медленно втягивался в ЗАБИТУЮ многочисленными кораблями длинную бухту. Эссен едва не обронил фуражку, завидев огромное чёрное веретено, вдруг высунувшееся из воды, рассыпая множество искрящихся на июньском незаходящем солнце брызг. Он невольно ухватил сухопутного коллегу, Михаила Дмитриевича, за рукав кителя: