– Вы позволите?
Курсант густо покраснел, багровея, словно в мультиках, потом спохватился и вновь щёлкнул каблуками начищенных до синевы сапог:
– Старшина Николенко, к вашим услугам, мадемуазель!
– Княжна Волконская, господин старшина…
Она несмело подала руку юноше, тот в ответ взял её своей, и они шагнули в круг. Грянул вальс. На сердце парня отлегло – всё же, как раз этот танец их обучили танцевать в спецшколе. Другое дело кадриль или проклятая мазурка! Сколько не искали, учителей не нашлось. Зато выучили полонез, а его, оказывается, уже и здесь не танцуют… Мать! Александр выругался про себя, тщательно отсчитывая такт, и изо всех сил стараясь не наступить партнёрше на обутые в лёгкие атласные туфли юфтевым армейским сапогом…
– А как ваше имя, старшина? Не называть же мне вас всё время по званию? На парня снизу смотрели огромные зелёные глаза.
– Александр, Ваша Светлость.
– Фу, какой вы! Лучше зовите меня Катериной.
– Екатериной?
– Нет, Катериной. А лучше – Катрин.
– Радистка Кэт… Глаза стали ещё больше:
– Радистка… Кэт? А это что такое? Нечто на британский манер? У вас больше в ходу английская мода, чем французская? Как интересно! А что такое – радистка?
– Ну… Катерина, а танец уже кончился.
– Ой!
Девушка густо покраснела, вырвала свою руку из его и присела опять в полупоклоне, благодаря партнёра. Проводив даму к подругам, Сашка вернулся к своим, отдуваясь – вроде получилось. Друзья встретили его бурно, хлопая по плечам и спине:
– Ну, молоток! Не подкачал! Как она? Э?
– Как-как… Проворчал багровый от смущения юноша:
– Да такая же, как и наши. Только вот рёбра больно жёсткие. Как неживые. Один из курсантов рассмеялся:
– Ну, ты, Профессор! У неё же корсет!
– Точно!.. Румянец на щеках стал совсем багровым…
– Э, Профессор! Она к тебе опять идёт!
– Да ну…
Парень обернулся – точно! В сопровождении целой стаи подруг к нему двигалась Катерина Волконская. Он невольно почесал коротко стриженый затылок:
– Ну, народ, кажись, сейчас всем достанется… * * *
В коридоре гостиницы «Англетэр» на этаже, выделенном гостям с Севера, ещё никогда не было такого веселья: гремел поставленный возле печки на тумбочку старенький, но верный «Романтик». На сдвинутых в длинный ряд столах красовались множество закусок и винных бутылок, благо северный рубль имел хождение по миру наряду с императорским российским и даже по тому же курсу. Так что, скинувшись, господа курсанты заслали посыльного из гостиницы за покупками, и теперь, вернувшись с Бала в Зимнем, готовились к празднованию Нового Года. Благо, куратор группы укатил встречать праздник в знаменитый «ЯрЪ», куда его пригласил кто-то из встречающих. Так что мальчишки остались одни, и деятельно собирались отметить праздник. Тончайшие ломтики розовой ветчины, тающие во рту прозрачные кусочки сыра, виноград, яблоки, даже – мандарины и апельсины. Водку и коньяк решили не брать единогласно. Согласились обойтись вином, поскольку утром намечалась обширная программа экскурсий и визитов, так что… Так, по паре бокалов крымского вина… Ударили висящие на этаже часы, и все закричали друг другу: