– Рад был помочь, – улыбнулся он, но, тут же помрачнев, добавил: – Надеюсь, все это не зря и вы добьетесь своего.
– Поблагодарите за нас Лоис Рейнолдс, – вспомнила Келли, – скажите...
– Лоис умерла прошлой ночью, – вздохнул Миллер.
Услышав новость, обе женщины ощутили нечто вроде шока.
– Мне ужасно жаль, – выдавила наконец Келли.
– Что случилось? – спросила Дайана.
– Думаю, сердце не выдержало. – Он взглянул на самолет и озабоченно нахмурился. – Вам пора. Я позаботился о том, чтобы ваши места были рядом с выходом.
– Еще раз спасибо.
Миллер дождался, пока Келли и Дайана поднимутся по трапу и стюардесса закроет дверь. Только когда самолет покатил по взлетной полосе, он махнул на прощание рукой и ушел.
– Удалось! – оживленно воскликнула Келли. – Мы снова обошли этих маньяков! Теперь им нас не догнать! Кстати, что ты собираешься делать после беседы с сенатором ван Лувен?
– Пока не знаю. А ты? Останешься в Нью-Йорке?
– Да.
– В таком случае и я, пожалуй, побуду немного в городе.
– А потом мы могли бы вместе полететь в Париж.
Они улыбнулись друг другу.
– Я как раз подумала, как гордились бы Ричард и Марк, узнав, что мы закончили то, что начали они, – заметила Дайана.
– Наверняка, – согласилась Келли.
Дайана посмотрела в окно и, подняв глаза к небу, прошептала:
– Спасибо, Ричард.
Келли взглянула на подругу, покачала головой, но ничего не сказала.
Ричард, дорогой, я знаю, ты меня слышишь. Мы обязательно сделаем то, что не удалось сделать тебе. Отомстим за тебя и твоих друзей. Пусть это не вернет тебя, но ты хотя бы порадуешься там, на небесах. Знаешь, чего мне больше всего недостает после твоей смерти? Всего.
* * *
Когда через три с половиной часа самолет приземлился в аэропорту Ла-Гуардиа, Дайана и Келли оказались в числе первых пассажиров, спустившихся с трапа. Теперь оставалось отыскать серый «линкольн» с шофером-японцем, о которых говорила сенатор ван Лувен.
Машина действительно ждала у выхода из терминала. Рядом стоял пожилой японец в униформе водителя. Увидев приближавшихся женщин, он по-военному вытянулся.
– Миссис Стивенс? Миссис Харрис?
– Да.
– Я Кунио, – представился он, открывая дверцу.
Женщины сели. Машина покатила по шоссе, ведущему в Саутгемптон.
– Дорога займет два часа, – пояснил Кунио. – Зато пейзажи чудесные.
Пейзажи интересовали их меньше всего. Обе пытались обдумать, как побыстрее объяснить сенатору, что произошло.
– Как по-твоему, сенатор тоже окажется в опасности, если мы все ей расскажем? – спросила Келли.
– Она же известный политик! Ее защитят. И потом она знает, как ко всему этому подступиться.