Моя рука прикрыла искривлённое в смехе лицо. На демона было смешно смотреть, а ещё смешнее на Дору, которая парила будто фея и жестами пыталась донести до не слишком сообразительного бедолаги, что с этим местом обычно делают. Я не удержался и заржал во весь голос.

Вид того, как обессиленная призрачная девушка задирает и платье и пристраивается к унитазу передом, стал финальным штрихом.

Так нас и застала Креста, проходящая мимо. Помогая какому-то демону найти свою комнату, в которую тот успел заселиться и потерять, она наткнулась на прелюбопытнейшую картину.

Дора с задранным платьем, сияет от гнева и усталости, пытаясь показать как писает. Блюющий демон, до которого дошло. Ржущий я, пытающийся увернуться от переваренного содержимого желудка.

Плюсом из маленького инцидента шло то, что он поднял мне настроения. Как и наставнице, сегодня какой-то день улыбок. Раньше казалось, что разговариваю со слугой, а не с обыкновенным человеком. Наверное, она привыкла так жить.

Проведи я в таком месте столько лет, считал бы и стены слишком разговорчивыми.

В общем, разговор о важном перенесли на завтра.

Кое-как но мы управились с расселением, но наступило закономерное время обеда.

В этот день я впервые оказался на кухне, где седьмая руководила големами и готовила еду. Обычно безэмоциональная слуга чуть ли не рвала на себе волосы. Признавалась, что не успеет приготовить достойный ужин и предлагала себя убить. Последнее причём в нескольких вариантах, она убьёт себя сама, я убью её, её убьют все остальные, закидав острыми камнями насмерть.

Успокоив повара, взялся за дело сам. Взял какой-то котелок и быстро разобрался в ингредиентах, закинув вариться крупу и мясо.

Спасибо Кресте, которая не хотела сидеть сотнями лет с одним и тем же составом блюд. Вместо этого, она расстаралась, создавая не скучный рацион. Продуктов хватало, как природных, так и выращенных, заброшенных полей и садов тут достаточно.

Наблюдая за тем, как я готовлю, седьмая прикусила полотенце, что держала в руках. Когда я закончил, она его уже доедала, красными от слёз и гнева глазами смотря на новое блюдо.

Мясо с кашей, обыкновенные мясо и каша. Немного соли и всё, ничего больше добавлять я не рискнул, так как не разбирался в баночках и листиках.

Ладно, возможно я приукрасил её реакцию, но точно могу сказать, что ножа в её руке до этого не было.

Седьмая страдала, как мифический вампир, попавший под солнечный свет. Заламывала руки и делала мелкие шажки в мою сторону с не вполне понятными намерениями. Может хотела обнять, а может придушить.