Лилит не захотела вставать, обольщённый вниманием кот пришёл к ней ночью, лёг на ноги и заблокировал демонессу. Теперь надо ждать, пока животное захочет подняться.
Встал я чуть ли не позднее всех, поэтому когда расспрашивал о пустыре и направлялся к нему, заинтересовал кучу народа. Весь вчерашний состав близких поехал со мной, а я не стал их останавливать. Пусть порадуются новому дому, взамен тому, что потеряли.
Дав отмашку на начало переноса, я услышал, как скрипнули тормоза. С ближайшей улицы к нам быстро двигалась колонна имперских бронированных внедорожников, прыгая на ухабах.
Глава 16 Во имя Империи!
Тёмные бронированные машины, словно стая акул, сомкнулись вокруг нас, тихо урча моторами. Из чёрных туловищ выскользнули люди в строгих костюмах — скупые движения, холодные взгляды.
Самая важная на вид женщина, в приталенном брючном костюме, направилась прямо ко мне. Приблизившись, она заговорила, словно зачитывая обвинение, что мне крайне не понравилось.
— Тёмный паладин, имя Святослав, фамилия неизвестна. Ныне зарегистрирован как Антон Митрофанов. Всё верно? — произнесла она надменно. — Побеседуем в машине, у нас мало времени.
Она приблизилась ещё на шаг, смерила меня быстрым, оценивающим взглядом, и, не дождавшись ответа, развернулась, чтобы вернуться к своей блестящей бронированной коробке.
Я и не думал следовать за ней. Стоял на месте, щурясь на солнце, потом перевёл взгляд на пустырь, прикидывая, не пора ли отойти. Размеры цитадели, того антрацитового красавца-замка, что должен был появиться с минуты на минуту, я помнил плохо, а потому колебался.
Разум в итоге победил. Я двинулся к краю, ближе к городским кварталам. Семья встретила меня вопросительными взглядами. Они не слышали слов императорской представительницы и ждали, когда я сам всё расскажу. Я не спешил — подошёл ближе, чтобы при случае повторить новости для всех сразу.
Но «дамочка» вернулась сама. Не в сопровождении свиты, а на своих двоих. Круг чёрных автомобилей остался там же, неподвижный, как статуи. И, если я правильно прикинул, именно там и должен был встать замок.
Связь с Дорой крепла — по тонкой нити, что соединяла нас, пробегали чужие эмоции. Радость. Предвкушение. Она хотела увидеть новый мир.
Тем временем дамочка, а иначе я её звать не мог — имени она так и не назвала, — вернулась назад, заметив, что никто не спешит следовать за ней.
— Вам что-то не понятно, молодой человек? Или вы не планируете подчиняться приказу императора? — прищурилась она, словно выдавливала из меня признание.
Я знал таких. Когда-то серые мышки, получившие власть и вкусившие её сполна. От серости теперь остались лишь отголоски. Едва за тридцать, ухоженная, в идеально сидящем костюме, с ранними морщинами и взглядом, холодным, как клинок. Губы сжаты в тонкую линию, словно каждая её фраза проходит строгий внутренний цензор. Женщина, привыкшая к подчинению.