— А ещё вы один из немногих, кто может дать укорот Стародубцеву, — вставил второй и Трофимов посмотрел на приятеля с укором. — Буду честен, мне интересно лично это.

— Так, поясните, — забарабанил пальцами о стол я.

— Никита Сергеевич плотно занялся политикой, он является самым большим землевладельцем… По крайней мере являлся, пока вчера днём не было объявлено о новом княжестве. Все несогласные со Стародубцевым долго не живут. Не подумайте, он не убивает людей налево и направо, но может сильно осложнить жизнь. Так произошло со мной. Род Ленских, земли которого были арендованы моим предприятием, резко потерял власть, а новые условия оказались для меня не приемлемыми.

— Любопытно, а подробнее?

— Условия Стародубцева везде одни и те же, либо доля в бизнесе, либо ищите другое место, — криво усмехнулся Куертов.

— И император подобное позволяет? Это же похоже на вымогательство.

— Юридически он ничего не нарушает, — пожал плечами Куертов. — В правилах прописан такой сценарий.

И правда, написанные полтысячи лет назад правила являются законом. Никто не спешил их менять, а сейчас уже поздно, других проблем хватает.

К императору рядовой бизнес и все обездоленные не пойдут, ибо тогда станут кричать о том, что монарх играет в самодержца.

Получается, что Старик начал бить по самому больному, аморфной и неповоротливой бюрократической и социальной машине.

— А другие аристократы?

Вопрос очевидный, но вдруг всплывёт что-то новое.

— Они не хотят портить с ним отношения, — скривился толстячок.

— Следующий вопрос, — вздохнул я, возвращаясь к теме грозы для бывшего ректора академии. — Какое количество людей в империи уже знает о том, что я некий тёмный паладин из прошлого.

— Все кому это надо, — ответил Трофимов. — Лично к нам информация спустилась из армии. Позволю себе смелость предположить, что ваш образ и чудесное возвращение из небытия кем-то компрометируются, вполне возможно самим Стародубцевым.

— Каким образом?

— Вы не читаете прессу? — изумлённо спросил Куертов, подпрыгнув в кресле. — Новостные порталы постоянно упоминают вас и муссируют ваше возвращение, уже как вторые сутки.

— И что пишут?

— Что вы ненавидите аристократов, эдакий кровавый диктатор, желающий власти.

— И вам не страшно было приходить ко мне?

Дельцы промолчали. Страшно, но видимо все иные перспективы страшнее.

— Вы только что подтвердили тот факт, что это не особо важное дело, отвлекаться на новости, — констатировал я. — Возвращаясь к вопросу о торговом доме. Мне понятны ваши мотивы. Император не помощник, его сдерживают рода и закон. Стародубцев имеет большой вес и прогибает всех и каждого….