Это мне нужно сугубо для общего развития — когда ещё можно услышать о судьбе Италии от, можно сказать, очевидца?

— Голод, — ответила женщина. — Еды нигде не было, поэтому умерли очень многие. Я не могла выбраться из Итали, а когда стало спокойнее, попала в рабы.

— Это печально… — посочувствовал я ей.

— Это же не заразно? — спросила она, неделикатно ткнув пальцем в сторону моей культи левой руки.

— Ну, если будешь выёбываться, то тебе тоже руки отрубят, — усмехнувшись, ответил я.

— Я не об этом, — сказала она. — Я о твои кюир… коже.

— А-а-а, ты о коже, — произнёс я, поняв, о чём она. — Нет, это надо заслужить.

— Заслужить? — с недоумением переспросила Леолия.

— Это побочный эффект моей способности, — пояснил я. — Не переживай, это передаётся только половым путём — детям.

Она коротко кивнула и продолжила перемещать еду из кастрюли в мой рот.

— Давно ты здесь? — спросил я.

— Больше года, — ответила Леолия.

— М-м-м, — протянул я. — Давно. Наверное, ты многое знаешь о том, какие тут расклады? Что за султан, что за эмир — кто кому подчиняется и так далее?

— Я не могу говорить об этом, — сказала она.

— Так ты родом из Франции или из Италии? — спросил я.

— Из Франс, — ответила она. — Но переехала в Рим в 2017 году.

— А зачем? — спросил я.

— Мне нравилась Итали, — сказала она.

— Итали ей нравилась, блядь… — пробурчал я недовольно. — Ебать у вас всё просто!

— А ты откуда? — спросила она.

— Из России, — ответил я с нотками гордости.

— Сочувствую, — произнесла она.

— С хрена ли ты мне сочувствуешь? — спросил я с недоумением.

— Ну, у вас холодно, много медведей и КГБ… — перечислила она очень веские аргументы.

— Медведей у нас, на удивление, дохрена — это факт, — согласился я. — Но КГБ нет уже больше тридцати лет, вообще-то. За КГБ тебе надо ехать в Беларусь, блин…

— Я не знаю, где это, — призналась она.

— Ты никогда не слышала о знаменитом Белорусском море⁈ — с притворным удивлением спросил я. — О-о-о, говорят, что на небесах только и разговоров, что о Белорусском море…

— Никогда не слышала о таком море, — сказала Леолия, а затем улыбнулась. — И по твоему лицу видно, что ты обманываешь меня.

— Ладно, признаю — нет никакого Белорусского моря, — признался я. — Но Беларусь есть! И в ней был свой КГБ. Вот такая фигня…

— Как ты здесь оказался? — спросила женщина.

— Да, знаешь, сдуру полез в Иран, — ответил я. — Там произошло то, потом сё, а теперь я здесь. Где я, кстати?

— Ты не знаешь? — с удивлением спросила Леолия. — Ты в Египте, в городе Эль-Файюм. На усадьбе эмира Хусама эль-Шенави.

— А это где? — уточнил я. — В какой части Египта?