Мы выбрались из щели, но все-таки через несколько минут легли досыпать около прогоревшего костра, так как самый крупный хищник этих мест теперь нас охранял, и тесниться на узкой каменистой лежанке смысла не было. Единственное, я отослал тигра к лесу. А то действительно… сглупил. Хорошо, что у меня жена героическая, а то могла бы и заикой стать, не говоря уж о возможности испачкать штаны.
Глава 10
Но буквально через полчаса я проснулся, поняв, что мы здесь уже не вдвоем.
— Здравствуйте, — осторожно сказал я.
— Ой, — сказала Аниса, которую разбудил мой голос.
— Как же я рада вас видеть! — ответила Челизия.
— Как вы здесь оказались? — спросил я.
А потом под насмешливым взглядом богини заметил, что она чуточку прозрачная. Обвел взглядом развалины и кивнул, понимая.
— Да, здесь недалеко был мой храм, — подтвердила первая красавица этого мира. — Нет, вы не на нем спали. Но совсем рядом. Тут был храмовый квартал когда-то. Но когда его разрушили, не все алтари разбили.
— Ну спасибо, что дали переночевать, — поблагодарил я, лихорадочно размышляя, как бы нам с женой успеть смыться, прежде чем полетят молнии.
Ничего путного в голову не шло. Отбежать на достаточное расстояние мы не успеем… отвлечь если только. Но чем? Тут у меня в голове немного пошумело, но я волевым усилием вытолкнул божественное вмешательство из головы.
Челизия удивленно приподняла бровь, оценив мое сопротивление, а потом с улыбкой произнесла, раскрыв мои планы и без ментальной магии:
— Не отвлечешь. Я все-таки бывшая амазонка, военные хитрости знаю. Но я не давала вам переночевать, так что не благодари. Я просто занята была.
Она кивнула на лежащий рядом на камне призрачный меч, сияющий клинок которого был густо испачкан в черной крови.
— Это оружие для убийства богов. Я вас сразу почуяла, но не могла прийти, так как в засаде сидела. Мне дали наводку на одного темного бога, вот… караулила. Как видите, не зря.
— А что, боги могут так просто убивать друг друга? — удивился я.
— Не могут, ты прав, — кивнула богиня. — Все, кроме меня. И мне не разрешали. Просто запретить не могут. Знаешь как просто многое становится, когда хочешь умереть? Исчезают все способы давления. А отпустить меня почему-то не хотят. Вот и творю все, что хочу. Нет, я не делаю ничего плохого, иначе перестану быть светлой. Но убить темного бога — дело богоугодное, простите за тавтологию. Так что у нас сейчас темным весело. Передвигаются перебежками. Ну или сидят в своих домах… Туда мне хода нет.
— А что? Они не могут собраться все вместе и вас… того?