Аниса грустно кивнула, сообразив, что даже на дешевый вариант от десятницы стражи у нас хватит денег максимум на неделю, а когда удастся добыть еще, вообще не ясно. А нам еще надо что-то из одежды по местной моде купить, чтобы поменьше выделяться.
Через полчаса, продав лошадей и спросив барышницу про варианты жилья, мы подходили к университетскому кварталу, расположенному буквально в десяти минутах ходьбы от центра.
— Ну и где этот студенческий пансион мастера Грогина? — оглядел я не очень-то чистую улицу. Впрочем, весь этот город так себе. Хоть и не такой убогий как южные поселения, но все равно многое намекало на то, что столица давно испытывает тяжелые времена. Только в самом центре следов запустения почти не было, а вот здесь даже от мостовой остались лишь небольшие островки булыжников в некоторых местах. Хорошо, что почва была по большей части песчаной, и в случае дождей большой грязи не ожидалось.
Аниса всхлипнула и вцепилась мне в руку, явно не в восторге от такого паршивого квартала. Я отодрал ее пальцы от рукава и дальше мы пошли просто держась за руки. С правильной ходьбой парочкой у нас вообще возникали проблемы. Анисе держать меня под руку было недопустимо, я цепляться за ее локоть не мог принципиально, так что приходилось просто держаться за ладони друг друга, вызывая улыбки у встречных. Ну и ладно, пусть мы будем молодой влюбленной парочкой, не сильно заботящейся о сохранении дворянской спеси.
* * *
— Нет, мы уже почти супруги, — повторил я еще раз маленькому седому гному, который открыл нам после нескольких подергиваний шнурка, торчащего рядом с почерневшей от времени дверью под вывеской «Пансион старого Грогина. Комнаты для студентов, скромных девушек и юношей из приличных семей», — так что жить отдельно в общих комнатах не желаем. Но если у вас нет подходящей комнаты, то мы постучимся к соседям.
Я обвел рукой ряд домов на улице, из которых половина была какими-то пансионами или трактирчиками с комнатами на верхних этажах, что было вполне ожидаемо почти под стенами университета, ворота которого монументально возвышались в конце улицы, буквально в сотне ярдов от нас, венчая маленькую площадь с давно пересохшим фонтаном.
Было видно, как в голове гнома волны жадности накатывали на скалы здравого смысла, но в отличие от грохота стихий создавая разве что скрип извилин. Но, как говорится: «вода камень точит», хотя для этого ей и требуются целые эпохи времени. Впрочем, в голове старичка эпоха скал закончилась уже к концу моей речи, и когда он заговорил, было уже понятно, что ответ положительный, несмотря на то, что мы воплощали оживший кошмар его пансиона, а именно парочку, живущую вместе, как-то отложив обраслечивание «на потом».