— А говорят, грохотало ночью в порту, — с улыбкой спросила какая-то дама в вульгарном красном платье. Представляли мне еще на маскараде, но, естественно, забыл, кто такая.

— Да, — подтвердил я. — Даже немного совестно перед теми, кто живет рядом. Но совместные ученья мой бзик, провели вот в ночь перед отъездом.

Когда Шрам, сидевший на прослушке, сообщил, что аппаратуру нашли и убрали, я поехал обратно на пристань. Похоже, после новости о переходе Карлика на мою сторону повысили меры предосторожности. Утром я, видимо, уже после проверки установился жучки, и под вечерний обход они как раз попали. Хотя шесть часов, какой еще вечер.

На месте лекари вжарили меня стимуляторами, и я принялся помогать во второй части плана. Думал сдохну. Но вроде все прошло хорошо.

Затем меня мягко вырубили с помощью целительского дара, и подняли только в два ночи.

Я привел себя в порядок. Оделся в легкий комплект брони и приготовился к бою. Сканер молчал. Лишь в три сорок утра, почувствовал множество точек, приближающихся со всех сторон.

Чего я не ожидал, это наглости, с которой начнут действовать противники. Палубу накрыло минометным огнем.

Я упал, окутавшись песчаной коркой, осколки она держала хорошо, а вот ударная волна от взрывов заставляла внутри всё колыхаться. Будто я холодец, оставленный на стиральной машинке в момент отжима.

Следом полетели дальнобойные техники. Всё было в дыму. Палуба зияла пробоинами. Я ползком добрался до ящиков и отщелкнул их, выпуская на волю китайских роботов-защитников.

Безымяныш выволок из трюма мини-турели и быстро воткнул их на борта. Машинки тут же стали вертеться и работать. Целей было столько, что программа местами тупила, не зная, какую выбрать. Впрочем, от одноразовых игрушек мы чудес и не ждали.

Удивил один из роботов. Собранный Ксюхой на коленке из запчастей, которые кто-то натаскал с наших рейдов. Он перегнулся через борт и сам начал лупить по противнику, когда кончился боекомлпект, железяка отобрал оружие у собрата и снова перевалился через борт. Стало жутковато от такой инициативы простейшего автомата на ножках.

Я даже подумал, а не снести ли ему самому башку, от греха подальше, но тут жахнули молнией и роботяга улетел за борт. Пару раз я бросил техники, обозначая сопротивление и активность. Безымяныш тоже бегал от борта к борту, кидаясь то ветром, то электричеством.

Нас стали окружать. Пара сваливать. Я прыгнул в невидимость, а Безымяныш взлетел и раскинув руки, направился в море, низко стелясь над водой, лавируя как птица, ускользая от пуль, что поднимали фонтанчики брызг.