Но, конечно, это всё меркнет по сравнению с его ратными заслугами. Он многократно пролил кровь за Чеджу. Уничтожил самалийские кланы, под чьими флагами когда-то давно нас атаковал род Ито. Добил остатки враждебных кланов, не оставив от них камня на камне. Именно этим больше всего он заслужил нашу благодарность. Как сказала наша многоуважаемая шаманка Мин Юн, Сольмунде считает его за своего. Так кто мы такие, чтобы спорить с богиней? Сегодня я с радостью вручаю ему заслуженный герб. Арс, выйди, пожалуйста.
Я поднялся и быстро подошел к трибуне. В душе взрывались фейерверки. Я услышал до боли знакомый голос и увидел на трибунах отца, маму, сестер, брата и Аоки.
Сердце пустилось в пляс, а на лицо наплыла улыбка. Минхе вручила мне запечатанный свиток с титулом на гербовой бумаге и шепнула.
— Это ничего не значит.
— Я так и подумал, — улыбнулся я.
За спиной хлопнул на ветру развернувшийся герб. На заднем фоне был нарисован вулкан, который есть на большинстве гербов местных кланов, только у меня он был запечатлен в процессе извержения. Его заслонял четырехрукая береза с зубастым оскалом, в кроне сидел голубь, грудь антропоморфного дерева пересекали пулеметные ленты, в одной паре рук сабля и пистолет, в другой писчее перо, скопированное с герба Сказовых, и сгусток техники, непонятного свойства.
Наслаждаясь произведенным эффектом, и, лучась довольством я, наконец, посмотрел в поблескивающие глаза принцессы и еле заметно подмигнул ей. Тут же перевел взгляд на два холодных стекла императорских глаз.
Выдержав взгляд правителя, я посмотрел на Минхе.
— Выбери фамилию, — сказала она.
Я усмехнулся.
— Отныне меня зовут…