— В этот раз ты не уйдешь, — зло рыкнул я.
Но тут все поле расчертило сплошным лесом матовых кристаллов. Один из шагачей оказался заперт среди наклонных заточенных колонн, не в силах пошевелиться, страдальчески жужжа приводами.
Твою мать!
— Изаму Обата! — заорал я по связи. — Все назад.
Изаму Обата. Земляной табур, как и все в их роду. Только вот он был особо спектра. Соль земли.
Огромный соляной столб опустился на очередной шагач, вдавливая его в землю.
Я встретился взглядом со стариком. И не узнал его. Он выглядел старше лет на двадцать, чем виделся мне в прошлый раз. При этом двигался как боец в самом рассвете сил.
Он пришел мстить.
Глава 14
Я никогда не сталкивался с мощью старых табурщиков вот так. Видел, как сдерживаются мастера в школе и будучи зрителем на дуэлях. Но когда видишь воочию, это совсем иное.
Площадь покрытия, сила, скорость. Феноменально! Это пугало. Видя подобное, впервые захотелось дожить до старости.
Россыпи огромных кристаллов расцветали повсюду, заставляя нас отступать. Бойцы вырывались из странной техники. Щиты четвертого и пятого ранга гудели от натуги.
Я ринулся вперед, закрывая собой Шестую. Девчонка рубила мечем кристаллы, которые с хрустом ломались, но вот её зажало, сдавило. Раздался сдержанный стон.
Световым лучом я снес растущие соляные сталагмиты. Шестая с шумом вздохнула, держась за грудь и упав на одно колено. Тут же с небес рухнуло матово белое копье, спасая, я дернул девчонку за хвост, выбившийся из-за шлема в пылу схватки. Она взвизгнула, отползая. Крикнула испуганное «спасибо» и побежала дальше.
Петька Долматов лихо по казачьи с двумя саблями одной настоящей, окутанной табуром, второй полностью состоящей из энергии отбивался от вражеских техник, прикрывая отступление наших.
Хорошо, что Изаму не лупил точечно. А то бы щелкал доспехи низкоранговых как орешки.
Но вот огромный столб в влетел в Петьку. И тот покатился кубарем, по целому полю острых соляных кристаллов. Вскочил, с содранными руками, скинул шлем с потрескавшимся лобовым стеклом. Я послал луч, рассекая летящий в казака белый шар. Далматов рассек по инерции долетевшие осколки и, прихрамывая, бросился прочь.
Он пробежал мимо, и я заметил, как соляная пыль тает от контакта с кровью, и как боец кривиться, оттого, что ядреная субстанция лезет в раны.
По доспеху прилетело два осколка и пару пуль. Стоять нельзя. Я двинулся и увидел, как десяток ржавых мечей влетают в барьер Лехи Большого. Мужик роняет разом потяжелевший стихийный щит и спешно создает новый. Спиной упирается в неожиданно возникшую сзади преграду — железную крестовину.