— Не иначе, — вздохнула Миа Мидзуно, единственная женщина на совете.

И тут дверь распахнулась, не дав остальным высказаться.

Миура Обата шел, оставляя шлейф сажи. С него сыпались куски застывшей магмы. Он сорвал остатки обгоревшего пиджака и прошел мимо, заставив всех потерять дар речи.

Прошло несколько минут, и он вышел в черном кимоно, две слуги на ходу протирали ему лысину полотенцем. Только сейчас собравшиеся обратили внимание, что на его теле сгорели все волосы. Доспех энергии их не спас. Это же какая там была температура?

Миура уселся, взял чайник и сделал несколько глотков прямо из горлышка. Два целителя положили на него руки. Мужчина морщился, что означало, где-то на теле есть немало ожогов.

— О чем шушукались? — грубо спросил он. — Я вас слушаю.

— Эту войну надо заканчивать, — сказал Рю, глядя прямо в глаза Миуре. Терять ему уже было нечего.

— Мы это и пытаемся сделать, — сквозь зубы процедил мужчина, от него все еще пахло гарью. — Каждый день. Завершить её в свою пользу!

— Не очень получается. Не знаю, как, но они всегда на шаг впереди. Мы ослабли, воюя со всякой гнилью в подворотнях, забыли, что такое настоящие противники. Надо всё менять. Возвращаться к истокам.

Миура рассмеялся и сказал:

— И как вы себе это представляете? Мы не от хорошей жизни оказались здесь и сейчас. Когда-то предки сделали выбор, и потомки, включая нас, расхлёбывают его последствия.

— Ты не можешь решать за всех, — не отступал Рю. — Ты…

— Заткнись! — все же не выдержал Миура

— Может быть Рю, Окудайра, Ода, Мидзуно и Нагаи остались прикрывать наш исход из Хоккайдо против императорских войск? Или это были Обата? Мы потеряли всех слуг рода. Ни одного человека не осталось. Что скажешь Рю-сама? Где был твой голос, когда мой дед погиб, чтобы выгрызть нам право здесь жить⁈ — вскочил Миура, опрокидывая столик. — А ты, Мидзуна, согласен, я вижу! Но где ты был, когда моя тетка отошла к предкам, сражаясь за наше право торговать тут. Дорога сюда проложена по трупам моих предков! Обата! Обата не только моя семья, но мы бились больше, чем кто, либо из вас! Не смейте забывать это, иначе я вырежу имя каждого моего родича на ваших спинах! Да всё летит к в пасть демонам-о́ни, но мы еще живы! Мы объединимся с Хонами и Сигура, выдавим чертовых пришельцев прочь, а потом подомнем под себя эти два клана. Всё вернется на круги своя, только дайте мне довести дело до конца, — уже успокаиваясь проговорил Миура. — Я многих потерял, и не оплакиваю, не могу себе этого позволить. Вот и вы не смейте здесь шушукаться, как две гейши, прикрывая рты веером. Я пока лидер клана, и я принимаю решения. Кто хочешь оспорить, правила вы знаете.