Незадолго до города мы встретили авианосец, крейсер и эсминец. Стоит ли говорить, какая была бы у них реакции при виде всей нашей армады на радарах.

Расхерачили бы в щепки. Хотя и предполагаю, что протокол предписывает выйти на связь для начала.

Даже сейчас при виде двух наших кораблей, орудия пришли в боевую готовность. Хотя видно было, что у судов поломка, чего-то они тут застряли посреди моря.

Капитан, роняя капли холодного пота, передал мне рацию.

— Говорит капитан второго ранга морского флота российской империи Забалуев! — грянул голос из динамиков, и я увидел, как подбородки Сан Саныча и Виктора Палыча невольно поднимаются в положение «смирно». — Назовитесь!

— На связи командир условно боевого корабля Ротан. Меня зовут Ен.

— Цель пребывания в этих водах?

— М-м-м. Клановая война! — не стал я ничего скрывать. — Вижу встали. Может, помочь чем?

После коротких переговоров моряки убедились, что мы угрозы для них не представляем. Мы на лодке подплыли. Поднялись на борт.

Я с собой взял только Безымяныша, Сан Саныча и Виктора Палыча. В офицерском составе судов нашлись знакомые этих двух, завязался разговор, что да как, а вы как, а вы куда, а мы туда.

Мужики плыли с рейда шугали японцев в приграничных водах. А то повадились пакостить по мелочи. То рыбаков обворуют, то взятки нагло просят за проход у честных коммерсантов.

Вояки потопили пару бандитских лодок, показали акульи плавники, вызвав легкий приступ мочеиспускания и айда домой.

А застряли они, потому что у одного корабля якорь сорвало. Дежурный по палубе табурщиком водным оказался, вот и попытался его подхватить, в итоге намотал на винт другой посудине, сейчас вон показывает своё мастерство филигранно наяривая палубу на всех трех кораблях по очереди. Пожизненный дневальный теперь.

— Энтуизиаст херов! — с чувством добавил Забалуев.

— А проблема-то в чем? — не понял я.

— Якорь со дна поднять, чтобы мне примерно такой же в жопу не засунули, — начал загибать пальцы полковник, тьфу, то есть капитан второго ранга. — Мы попытались вытащить другим якорем его. Но он видимо зацепился за что-то, не смогли дернуть, привод на катушке сдох, пока тужился. И звенья с винта снять надо.

— Ну чисто теоретически, если все закроют глаза, и представят, что у нас нет того, что у нас есть, мы бы этот вопрос быстро решили.

Полковник заинтересовался. Я изложил. Он притворно прикрыл лицо руками.

— Не вижу ничего. Делай давай.

Русал с тросом нырнул, водные стихийники могут дальше обычных людей на глубину спускаться, повезло, что здесь не высокий рельеф дна. Боец подцепил трос с помощью него уже подняли остатки порвавшейся цепи. Затем принялись раскачивать её из стороны в сторону, пока якорь не выскочил.