Здоровое круглое отверстие получилось. Я пнул стену, и она завалилась в кабинет. Где бухгалтер спешно жгла какие-то отчеты в урне. Интересно, с кем он нас перепутал?

Адвокат стоял здесь же, как и еще один охранник.

Доджон вопреки инструкции рванул вперед. Телохранитель вскинул руку, долбанул каким-то синим выбросом, но зеркальный артефакт отработал как надо, нападавшего выбросило сквозь стену.

Доджон подскочил к Эдгару, который вскинул пистолет, и несколько раз выстрелил, но пули попадали под влияние артефакта и падали на пол. Парень влепил ему смачный правый. Башка дядюшки дернулась, и он по инерции отъехал в кресле.

Доджон схватил его за галстук левой рукой, стащил на пол и принялся мутузить, все так же придерживая, не слишком умело вбивая башку мужчины в пол, когда лицо превратилось в кровавое месиво, я оттащил парня.

— Эдгар Тсой? — уточнил я у адвоката, который смотрел на развернувшееся действие с широко распахнутыми глазами. В ответ он часто закивал.

— Все вышли отсюда! — повысил я голос.

Юрист и бухгалтер покинули помещение. Я влил немного целительной энергии в ублюдка, чтобы он пришел в себя. Доджон уже отдышался, но все еще глядел на него исподлобья.

Шестая вздернула Эдгара одной рукой за шкирку и усадила в кресло. Хозяин кабинета опер локти на стол и водрузил голову на руки. Вязкие капли падали на документы, впитываясь и засыхая. Прошло около минуты, прежде чем хоть что-то в его голове прояснилось. Он поднял свою распухшую рожу и глядя двумя гематомами все же спросил:

— Кто вы? Что вам надо?

— Документы и личные вещи вашей племянницы, — проговорил Доджон.

— Сюда уже едут мои люди, — кое-как выдавил из себя мужчина, он откинулся на спинку кресла, кровь заливала белую рубашку.

— Придурок тупоролый, — схватил его за грудки Доджон. — Это господин Ен, — он ткнул на меня пальцем. — Думаешь, мы боимся?

Я его не узнавал. Мой тихий юрист превращался в чудовище, когда дело касалось любимой.

— Даю полчаса, — встрял я. — Если требуемого не будет, привезем Мальте твою башку в качестве компенсации, — для убедительности я создал технику клинка.

Он все же сделал звонок и нам привезли вещи и документы.

— Компенсируешь ей четыре года заточения, — продолжил я.

— Сколько? — устало вздохнул Эдгар. С каждой минутой лицо заплывало все больше, и становилось больнее говорить. — Сто тысяч хватит?

— Ты издеваешься? Давай мы тебя на четыре годика определил в нас оздоровительный санаторий «Землекоп». И спросим во сколько ты это оцениваешь.

— Сто за каждый год! — прохрипел он.

— Ты идиот⁈ — я врезал кулаком по столу, добавив силы, отчего мебель тут же пошла трещинами и рассыпалась.