— Добро пожаловать в семью, — сказал я.

Следующий подошел Сан Саныч.

— Я присягаю сердце и душой пред богами и людьми роду Чеджу и тебе господин лично.

Больше перфомансов я не планировал, и всё прошло штатно. Люди подходили, и я принимал их клятвы, лекари залечивали порезы, детишкам я их затягивал сам. Несколько десятков человек пожелали оставить на память шрамы.

Последний человек принёс клятву, и я хотел красиво развеять стеклянный клинок, только вот он никак не отозвался на манипуляцию.

Я прислушался к нему. Он буквально пульсировал в ладони. Похоже, от такого количества магии крови оружие стало воплощением возложенной на него функции.

— Что ж… похоже у нас теперь есть ритуальный нож, — пожал я плечами. Случаются же чудеса.

В воздухе осталось подвешенным чеховское ружье. Ведь Такеши, Джи-А, близняшки и Маслов не приносили мне присягу.

Затем был большой праздник до самой темноты. Когда небесное полотно окрасилось в темные тона для детишек мы устроили салют из техник, огонь, свет и электричество переплетались такими причудливыми узорами и вспышками, что даже подростки смотрели завороженно.

После, я с группой избранных спустился на подземный этаж. В запечатанную до этого алтарную комнату рода.

Такеши, Джи-А, Неждана, Дарина, Мальта, Доджон и Клим. Мы собрались вокруг каменного постамента, на котором лежала родовая книга, накрытая тканью.

Новоиспеченные Чеджу поглядывали на дядьку.

— Мальта, Доджон, — обратился я к ним. — Это мой дядя по линии биологической матери.

Этих объяснений на данном этапе им было достаточно, они лишь кивнули.

— Вы все — моя семья, — сказал я. — И сегодня прикоснетесь к самой сокровенной моей тайне.

Я сорвал ткань и дал им посмотрел на герб Благовестевых на обложке.

— Такеши, — посмотрел я на ученика. Он кивнул и как договаривались пустил легкий ветерок в стену. Свернутое вверху красное полотно опало вниз, развернувшись и явив нам всю красоту и мощь гербового символа. Раскрытая золотая книга на красном фоне.

— Я Арсений Благой! Это мой ближайший кровный родич, Клим Благой. Он провёл двадцать лет в тюрьме Макаровых.

Такеши и Джи-А были уже в курсе, а вот остальным понадобилось время, чтобы осмыслить.

— Мальта, невесты, которых ты подбирала, для него. Если я вернусь нужно будет в кратчайшие сроки тайно сыграть свадьбу.

Дядька вскинул брови.

— А как ты хотел? — уставился я на него.

— А ты? — нахмурился он.

— А у меня первенец императорской крови быть должен! — пояснил я ему, раз и навсегда отсекая любые поползновения в эту тему.

— Если я разделаюсь с Романовым, мы вступим в войну с теми, кто уничтожил род Благих, так что готовьтесь, смотрел я при этом на Клима.