— Прежде, чем ты выстрелишь себе в голову, скажи мне, а нахрена ты всё это затеял? Зачем пытался убить принцессу?

— Принцессу? — тут же вытаращился он на меня, вернув себе самообладание. — Не понимаю о чем-ты. Она никогда не была целью. На том балу убийца метил в тебя.

Я убрал руку с огнестрела. Романов взял револьвер. Я знал, о чем он думает: «А не попытаться ли выстрелить в него?». Только вот, какая вероятность, что он выстрелит? А что патрон настоящий? А что я опять не увернусь, как делал уже много раз. В общем, шансы даже меньше чем призрачные, исчезающе небольшие.

Я лишь покачал головой в ответ на его слова.

— У меня все в порядке с головой. Убить меня ты мог тысячей других способов. Но вместо этого предпочел, самое громкое событие в году, да еще и усадить себе на хвост всю имперскую охранку? — скептически поднял я бровь. — Ты мало общаешься с людьми. Оттого отвратительно врешь.

Он уткнул револьвер себе в висок, сжал челюсти зажмурился и продавил спуск.

И снова я будто в замедлении наблюдал, как боёк будто маленький рудокоп, что завел кирку за голову и теперь опускает её, бьет в…

Пустоту.

Орудие разочарованно щелкнуло. А Романов расслабился и выдохнул, выронив револьвер. Несколько секунд он пытался отдышаться.

— Что, тяжело жить в настоящем, а не в будущем? — усмехнулся я.

Он нагнулся за пистолетом, и откинув крышку трижды крутанул барабан защелкнув. Положил оружие на стол и небрежно запустил его в танец.

— Это лишнее, — сказал я. — Моя очередь.

Я взял пистолет, который сейчас почему-то показался мне слишком тяжелым. Провел пальцами по дулу, поглаживая.

— Ну так, что? Я могу сейчас умереть. Мертвецы надежно хранят секреты. Зачем всё это? — я обвел дулом помещение, намекая, конечно же на цепь событий, что он запустил.

Романов поднял взгляд к потолку, что-то прикидывая.

— Я даже не представляю с чего начать ответ на твой вопрос. Что ты знаешь, о происхождении даров?

— Эм… как и все. Появились очень давно. По разным оценкам от трех до пяти тысяч лет до нашей эры.

Мстислав хмыкнул.

— Гораздо раньше. Стреляй уже, — нетерпеливо вздернул он подбородок.

Я пожал плечами, упер ствол висок, чувствуя холодный укус металла. Сердце застучало, в ушах зашумело, время опять замедлилось, но без моего участия, дело было исключительно в восприятии. Я выжал скобу, ощущая плавность хода, приятное чувство неизвестности, вроде тянешь её, а потом бац.

Боёк бьет, и ничего.

Я непроизвольно рассмеялся. Адреналиновые горки, мать их!

— А как кому-то в голову пришло, придумать такое, — задал я риторический вопрос, переводя дух. — Усложним? — спросил я, и вынул из кармана холостой, воткнул в приёмник, крутанул и передал пистолет.