тяжело больных людей. Это известие, о Сэме и Лиз, потрясло меня. — Она еще сдерживала слезы, но не без труда. — Я говорила с доктором Дехоивеном. Он приехал из Голландии. Там на смерть смотрят иначе. К эвтаназии и самоубийству относятся благожелательнее… Узнав о смерти Сэма и Лиз, он лишь пожал плечами. Будто это пустяк. Но я не могу выбросить их из головы. — Она моргнула, вновь посмотрела на часы. — У меня встреча с новым пациентом. Но если я смогу чем-нибудь помочь, дайте мне знать. — Клер поднялась, посмотрела на Тола. — Кто вы… на самом деле? Детектив из отдела расследования убийств? Он рассмеялся: — На самом деле я математик. — Мм… Но прежде чем он смог объяснить ситуацию, запищал его пейджер. Звук этот стал для Тола настолько неожиданным, что он уронил бриф-кейс и сшиб со стола медсестры несколько папок, когда наклонился, чтобы поднять его. Подумав при этом: «Хорошая работа, Симмс, изящный способ произвести впечатление на коллегу по клубу „Четыре процента“ округа Уэстбрук». — Он там, и я не могу его выгнать. Не знаю, что делать, босс. В панике Тол подумал, что разъяренная Шелли, указывая на его кабинет, говорит о самом шерифе, который спустился с последнего этажа, чтобы лично уволить Тола за команду 2124. Но нет, она имела в виду совсем другого человека. Тол вошел в кабинет и от изумления застыл на пороге, увидев Грега Ла Тура. — Я думал, мы договаривались встретиться вчера… — Так где ты был? — пробурчал Ла Тур. — Проспал? — Здоровяк доедал вчерашний сырный сандвич Тола, засыпая все вокруг крошками. И сидел, положив ноги на стол Тола. Именно сообщение от Ла Тура пришло на пейджер Тола в кабинете Маккаффри: «Через двадцать минут в офисе. Ла Тур». Худощавый коп с тоской посмотрел на следы, оставленные на поверхности стола ботинками Ла Тура. Здоровяк этот взгляд заметил, но проигнорировал. — Значит, так. Я получил информацию по завещаниям. Оба изменены… — Что ж, это подозрительно. — Дай мне закончить. Нет, не подозрительно. Они не оставили все свои деньги какому-то гуру, который взял под контроль их разум. У Бенсонов детей не было. Поэтому они добавили в завещание несколько благотворительных фондов и создали фонды для нескольких своих племянников и племянниц, на обучение в колледже. По сотне тысяч долларов каждый. Ерунда. Дочь Уитли ничего от них не получила. Далее, сами Уитли по прежнему завещанию оставляли дочери, сука она или нет, треть своего состояния. Она получает столько же и по новому завещанию, но может получить больше, если займется созданием