места гарнизонов непосредственно в пределах провинции, на римской территории, надписи называют данные гарнизоны «лагерями кочевников», используя слово παρεμβολή ('лагерь', 'стоянка'). По мнению А. Г. Грушевого, эти лагеря, т. е. места размещения кочевых племен или каких-либо кланов, входивших в состав племен, находились под управлением арабских племенных вождей, которые получали от римской администрации должность стратига (στρατηγός) и тем самым вовлекались в орбиту римского влияния и римской административной системы. Как полагает исследователь, главной задачей лагерей кочевников была защита вверенного им участка границы от набегов других кочевников, не заключивших союзные договоры с Римом [396] . Т. Брюггеманн, рассматривая тот же сюжет, пришел к выводу, что лагеря племен были полноценными войсковыми подразделениями, навербованными из кочевников, а термин στρατηγός в надписях подразумевал любого представителя племени, главная задача которого как раз и состояла в том, чтобы сформировать из своих одноплеменников, наиболее годных к военной службе, определенный войсковой гарнизон, войсковую группу, которая получала размещение на римской территории, стратиги также выполняли функции посредника между местной римской властью и своими одноплеменниками, по сути, как отмечает Т. Брюггеманн, стратиги возглавляли вспомогательные подразделения, навербованные из арабов [397] . В наши задачи не входит разбор материалов по II–III вв., тем не менее, учитывая исследования, непосредственно посвященные этим сюжетам, отметим, что, судя по всему, к началу IV в. военная организация провинции Аравия Петрейская и — самое главное! — принципы взаимоотношений между Римом и арабскими племенами претерпели существенные изменения. Если раньше римляне заключали договоры с соседними арабскими племенами и доверяли им защиту определенных участков границы, то теперь, как видим, подобная практика уходит в прошлое. Конечно же, надпись «защитника» (protector) Винцентия происходит не с территории Аравии Петрейской, плита с этой надписью была установлена намного севернее, уже в пределах Сирии, но тем не менее мы полагаем, что она отражает общие процессы, происходившие на всем протяжении ближневосточного лимеса. Скорее всего, к эпохе Константина лагеря или стоянки кочевых племен уступили место регулярным римским подразделениям, набиравшимся из местного населения, эти подразделения носили дополнительное наименование indigenae ('местные') и в основном представляли собой