вестготов, находившихся под командованием Тайны, и римские войсковые подразделения всадников, всадников-лучников и пехотинцев, точнее, подразделения, сформированные не из варваров-федератов, а из местных граждан империи. Второй принципиальный момент: как свидетельствует Зосим, Феодосий выставил против войск Евгения и Арбогаста (фактически — поставил под удар) именно варварские этнические контингенты, в то время как большинство римских регулярных подразделений (т. е. не племенных ополчений) оставались в резерве, большая часть регулярных вексилляций, легионов и ауксилий оставались в лагере, т. е. они не выходили на поле боя. Исключение составили некоторые конные вексилляции, вексилляции всадников-лучников и пехотные легионы (скорее всего, именно легионы, а не ауксилии), которые отправились в бой вместе с отрядами варваров и под непосредственным командованием варварских племенных вождей. С учетом надписей из Конкордии мы можем предположить, что в числе римских войсковых подразделений армии Феодосия I, принявших участие в сражении, были вексилляция Коми-тов лучников-старших и ауксилия Маттиаков-младших. Как показывают сообщения других позднеримских и ранневизантийских хронистов и историков, первоначально подобная тактика Феодосия себя не оправдала и в первый день битвы привела к серьезным потерям среди войск Феодосия I: по словам Руфина Аквилейского, «довольно долго победа [в битве] оставалась неопределенной, вспомогательные отряды варваров были разбиты и уже обратили тыл врагам (т. е. обратились в бегство. — E. Μ.)» (stetit aliquamdiu anceps victoria, fundebantur auxilia barbarorum et terga iam hostibus dabant. — Rufinus, НЕ. XI. 33, S. 1038, 1. 6–7). Как утверждает Сократ Схоластик, «на том участке, где Римляне столкнулись с Римлянами, битва [велась] равными силами, а на том участке, где [сражались] варвары, помогавшие царю Феодосию, победа склонялась на сторону [войск] Евгения» (Καθ' о μέν ούν μέρος 'Ρωμαίοι προς 'Ρωμαίους συνεπλέκοντο, ισόπαλος ήν ή μάχη· καθ' ο δέ οί συμμαχοΰντες τω βασιλεί Θεοδοσίφ βάρβαροι, κατ' έκείνο οί Εύγενίου μάλλον έπεκράτουν. — Socr. НЕ. V. 25, 1. 28–30). Согласно Иордану, Феодосий I «повел с собой более двадцати тысяч воинов, понимая, что они верны и дружественны ему» ( plus quam viginti milia armatorum fideles sibi et amicos intellegens secum duxit. — lord. Get. 145, ed. Th. Mommsen, p. 96, 1. 7–8), под этими воинами Иордан имеет в виду готов-федератов, проживавших во Фракии; следовательно, мы можем предположить,