г. Согласно Аммиану, узнав о нападении аламаннов на рейнскую границу, Констанций «выступил из Арелата (Арль. — Е. Μ ) и устремился в Валентию (Баланс на юго-востоке современной Франции. — Е. Μ.)» (egressus Arelate Valentiam petit. — Amm. XIV. 10. 1), откуда он вместе со своими войсками выступил далее и «разместился вблизи Раурики (Августа Раурика — город, размещавшийся приблизительно рядом с современным Базелем, Швейцария. — Е. Μ. ) на берегах реки Рен» ( prope Rauracum ventum est ad supercilia fluminis Rheni. — Amm. XIV. 10. 6). В свою очередь, аламанны, проведя несколько не совсем удачных для себя сражений с римскими войсками, предпочли заключить мир с Констанцием. В завершение своего рассказа Аммиан подчеркивает: «Было известно, что удача сопутствует ему (т. е. Констанцию. — E. Μ. ) только в частых [и] пагубных внутренних войнах, когда же он ведет внешние войны, в основном он терпит горестные поражения» ( norat expeditionibus crebris fortunam eius in malis tantum civilibus vigilasse; cum autem bella moverentur externa, accidisse plerumque luctuosa. — Amm. XIV. 10. 16). Заключив мир с аламаннами, император, со слов Аммиана, «удалился на зимние квартиры в Медиолан» ( Mediolanum ad hiberna discessit. — Amm. XIV. 10. 16). Как предположил Ф. Майер, Констанций понимал, что он пользовался плохой репутацией в войсках: войска не верили, что император сможет одержать победу над внешним противником, поскольку ранее Констанций одержал только одну победу — над внутренним противником, т. е. над Магненцием. Соответственно, по мысли исследователя, заключив мир с аламаннами, Констанций сознательно поступил вопреки ожиданиям войска и тем самым освободился от морального давления, которое войско оказывало на него во время боевой экспедиции [183] . Мы могли бы добавить к трактовке Ф. Майера несколько наблюдений, связанных с рассмотренным ранее материалом: прежде всего, на наш взгляд, мнение о неспособности Констанция одержать победу над внешними врагами возникло вследствие наличия в войсках императора отрядов далматской конницы, которые, повторим, были настроены по отношению к нему весьма враждебно. Тем более отметим, что ранее эти отряды в значительной мере воевали на стороне Магненция, они перешли на его сторону еще в 350 г., как только вспыхнул мятеж в Галлии. Соответственно, отряды далматской конницы были источником внутреннего недовольства в войсках, их позиция порождала напряженность в отношениях между Констанцием и всей его армией в целом. К тому же следует помнить,