Капитан спустился к себе в каюту, снял китель, разулся, постанывая от наслаждения почесал руку, потом запер дверь, достал «Маузер» и убедившись, что тот разряжен, принялся тренироваться быстро его выхватывать из разных положений. Отвыкшая конечность слушалась плохо, но Капитан упорно вскидывал оружие раз за разом, пока рука окончательно не стала отваливаться. Потом выхлебал половину графина, закрыв дверь и плотно зашторив иллюминатор, вытащил из кобуры пистолета спрятанный под подкладку жестяной футляр с микрофильмами и вооружившись лупой, принялся просматривать их.
Глава 8 Доминис
Доминис
На подходе к бывшей столице Доминиса — Аргесаеванне, Капитан выстроил всю команду, даже вахтенных из машинного выгнал на палубу, чтобы они тоже смогли полюбоваться на «Львов-Стражей» — пять сотметровых статуй, вытесанных из цельных скал, которые обозначали безопасный фарватер, а также служили маяками и оборонительными сооружениями, для чего в глазницах статуй были устроены места для костров, ныне замененные прожекторами. Из пастей, в свое время, на проходящие вражеские корабли извергалась зажигательная смесь и сбрасывались камни. Ныне, конечно, Аргесаеванна была защищена более современными средствами, однако проходя под первым из львов, Капитан поймал себя на мысли, что если сейчас оттуда на них скинуть что-то увесистое, то мало не покажется. Остальная команда стояла, задрав головы и, разинув рты, любовалась этими величественными памятниками древности.
Что удивительно, но с имперских времен сохранились не только сами статуи, но и золотые пластины, которыми были отделаны их гривы. Ни один из правителей, даже в самые тяжелые времена, не посмел покуситься на эти сокровища. Марио со вздохом вспомнил судьбу имперских памятников в Фессалии, которые разломали и растащили на постройку королевских замков, церквей и домов.
Когда «Интернационал» обогнул последнего Льва и стал виден город выяснилось, что местные бережно отнеслись не только к статуям — вся Аргесаеванна словно сошла с древних фресок. Массивные, построенные так, чтобы отражать мощь уже несуществующей империи, дворцы и виллы возвышались среди белых, с плоскими крышами домов и зелени садов и парков. Прямые как стрелы, мощенные каменными плитами дороги прорезали город в безупречном геометрическом порядке. Самая широкая дорога вела от порта к резиденции правителя, стоявшей на возвышенности в центре. Такая планировка была всем знакома — ей подражали и на Лионисе и в Островах, от столиц до мелких городков, но тут её можно было увидеть в том виде, как она задумывалась архитекторами жившими тысячи лет назад. Даже галереи вдоль домов, скрывавшие прохожих от дневного зноя, и окруженные стеной деревьев фонтаны, у которых можно было отдохнуть и побыть в тишине среди многолюдного города — все было придумано и спроектировано еще тогда.