— У меня нет иных дел кроме этого.

Удовлетворенно кивнув Аргус поклонился Чашеблюстителю и в сопровождении Ординатора покинул кабинет.

— Итак — расскажи что у тебя произошло. Прошло почти полгода.

— Много всего. Посвященный монастыря, в котором было совершено убийство, пытался решить дело своими силами, чем все только усугубил. Много улик было уничтожено его неразумным рвением, а также попыткой скрыть имеющиеся в нём обстоятельства, порочившие покойного. Орудие убийства сожжено, следы — замыты и затёрты, тело перенесли в монастырское святилище…

— Что за «обстоятельства»?

— Покойный Авкт имел наложницу из числа послушниц, с которой вступал в извращённую связь, нарушая свои обеты и законы приличия.

— И Посвящённый монастыря это знал и пытался скрыть?

— Да. Он уже наказан, но дело не в этом. Я предположил, что имела место внутренняя борьба за власть и провел весьма долгое и тяжелое расследование связей покойного. В результате выяснилось, что Предвозвестник задействовал Орден Одаренных, чтобы помочь неким светским лицам добыть доказательства необходимые для ареста известного преступника Падди ОБраена, который сбежал из-под стражи незадолго до убийства.

У ОБраена был мотив, однако тот долгое время пребывал в изоляции и не мог так быстро спланировать покушение. Очевидно ему, как и в случае с побегом, помогали. Орден Одаренных направил мне в помощь сестру Ливию которая нашла в памяти Хранителя образ двух мужчин приехавших в монастырь в тот день. Одним из них был ОБраен, а вторым…

— Он… — Аргус вздохнул и поежился, — Он все это подготовил. ОБраен был просто его орудием в ту ночь… Где ты потерял его след?

— В Фессалии… — Валент развел руками, — Как школяр попался на старую уловку и спугнул их банду. Видящая проследила их вектор до Порто, но это город отступников. Однако ОБраен все еще в Фессалии…

— ОБраен нам уже не интересен. Не будем повторять ошибку покойного Авкта и оставим его светским властям. У нас с тобой более важная задача… Но сперва я должен отдать дань памяти…

…

Руины уже успели основательно зарости, но ни время, ни дожди так до конца не смогли смыть с них жутковатый запах гари в котором Аргусу навязчиво мерещился аромат сгоревшей плоти. Остановившись, он присел на торчавший из травы булыжник и принялся перебирать четки. Валент молча стоял рядом в ожидании.

— Ты знаешь, зачем мы здесь?

— Нет, Наставник…

— Что бы вспомнить. Что бы вспомнить, что случилось здесь и никогда не забывать… Потому что каждый раз когда я думаю о нем я вижу его ребенком. Маленьким, одиноким, испуганным ребенком. Хотя должен видеть его жертв. Двадцать семь человек сгоревших заживо в ту ночь…