— О! Так у вас, наверное квалификация ого-го? — уважительно покосился на него Брава.

Багир не совсем понял, какую конкретно квалификацию тот имеет ввиду, и уместно ли говорить, что она у него даже в ледяной воде сантиметров двадцать, но тут Амяз позвал их на совещание.

— Я се осмотрел — пудем снимат. Вспомогателный силовой установка снимат, генератор снимат, электродвигател, где найдем — совсем-воопше все снимат. Раковина-сантехника — тоше.

— Вай — нэ надо сантэхнык! Там всэ грязный, противный, фу!

— Не хвилюйтеся, пане. Вони вже отмокла. Ми их з брандспойта напором обмоемо и всего проблем!

— Я могу этим заняться, — радостно предложил Брава.

— Вы лушше нам с генератор помогите.

— Да я, честно сказать там не помощник. Я вообще в технике так… Соврал, чтобы на борт взяли. Меня весь рейс по рукам били и говорили: «Ничего, блять не трогай.» Так что я, лучше, гальюнами.

— Нэ дарагой! Этым нэ ты займэшься. Там гайки савэм заржавэллы — толька зубилом рубать, на эта у нас спэциалыст эсть!

Багир махнул Бьернсону который, в компании Тролля, раскладывал канаты для просушки.

— Э!!! Сюда хады уважаэмый! Дэло эсть — всэ как ты любыш! Рубать!

Бьернсон заинтересованно вскинул голову. В процессе стажировки у механиков выяснилось, что он дивно орудует зубилом, и это дело ему нравится. Вся остальная кропотливая работа вызывала у него скуку, а вот рубить сталь… Бьернсон брал зубило, придирчиво осматривал заточку, потом приставлял его и, с перекошенным лицом, принимался лупить молотком с такой силой, что искры летели. Что он представлял в этот момент, можно было только догадываться, однако получалось у него на загляденье: срубить зубилом гайку на сорок два — это надо суметь.

— Ыды сюда и друга сваэго вазмы. Там раковин болты срубыт надо и сралнык тожэ. Только пэрэд этым из напором их апдайтэ, штобы братся было нэ противно.

Бьернсон кивнул и, махнув Троллю, пошел разматывать пожарный рукав. Багир повернулся к Браве.

— А ты тагда стэкло займысь. Иллюминатор-мулинатор, плафон-фыфлон — прыгадытся!

— Хорошо… Пуст саймется. — Амяз согласно кивнул, — Сейшас скашу босман, штобы грус шел смотрет и грусовой стрела сюда перекину. Когда с этим саконшим — посмотрим, што еше успеем полесного снять.

— Я б, пане, цепуры якирни зняв, — предложил Михай. — З одного боку штука почти вечна, з иншого — бувають проебываются, причому, частише, здоровенними шматками.

— Ошен хороший мысл! И приборы в рупке надо посмотрет. И Антон-аза посват. Мошет для радиостансия совсем шут-шут запшасти наберет. И Доктор-аза пуст ис ласарет все нушное восмет. Сейшас всех сват буду…