Последняя реплика заставила уныло потупиться и притихнуть не только обеих Джао, но и до сих пор слушавшую разговор со стороны наследницу семьи Ан. На самом деле, Ю Нин совершенно не хотела видеть подругу в таком состоянии, но при этом сказала всё так, как сказала, в том числе и для неё. Что из себя представляет наследник Тёмной Луны, до сих пор было совершенно не ясно. Он притворялся добрячком и милым парнем, но Ю Нин точно знала, какие нравы царят во втором по силе клане провинции. Наследников Тёмной Луны с детства учат быть жестокими, не доверять никому и видеть друг в друге только соперников за власть. Лицемерные маски благородства и дружбы на публике — это тоже только часть игры за положение. Лян Ю, конечно, вёл себя нетипично, и принцесса Севера совсем не понимала его в некоторых ситуациях, таких, как обучение Сюен использованию солнечной Ци или объяснение им обеим принципов солнечного исцеления. Такое и собственным детям рассказывают не всегда, и так вот запросто отдавать эти секреты двум посторонним — это или безумие, или непроглядная глупость. Но уж кем-кем, а глупцом Лян Ю точно не был! И это ставило Ю Нин в тупик.

Безумно талантливый, безукоризненно приветливый и дружелюбный, хоть и позволяющий себе невиданную вольность в общении, но совершенно не оскорбляющий этим… Да что там говорить, если его слова о громкости её мыслей и пинке вчера днём она осознала, только когда он уже начал лечить Сюен? «Сестрица Ся, не надо так громко думать о том, как дашь мне пинка за наглость», — это же надо такое придумать! И сестрицей её назвал без спросу, а она и не заметила сразу, и подначил, и слова-то какие выбрал! Думает она громко, надо же! И сегодня тоже — чуть что, и этот Лян Ю мгновенно выворачивался, да ещё и почти что заставляя её саму смутиться и отступить! Наглец! Бесстыдник! Хам!.. Но почему-то это получалось понять, только когда разговор уже закончился, а во время него ей было… весело!

Как давно не было ни с кем… если вообще было хоть с одним парнем.

Вывод из всего этого напрашивался сам собой — наследник Тёмной Луны был опасен. За таким поведением определённо что-то крылось. И совсем не то, что можно было подумать, глядя на его тёплые улыбки и предельно, даже запредельно корректное поведение с Цзянем во время их боя. Любой другой на его месте не преминул бы унизить соперника, растоптать его гордость и сломать репутацию, но Лян Ю поступил по-своему… И не сказать, чтобы хоть в малейшей степени от этого проиграл. Разницу между бойцами не увидел бы только слепой, и только полный дурак не понял бы к концу боя, что с Цзянем просто игрались, милостиво пощадив и позволив уйти на своих ногах, и при этом сам Цзянь становился должником Лян Ю за возможность сохранить репутацию и говорить в будущем о ничьей против Четвёртого Небесного Уровня. Кто-то бы сказал, что такая мягкость — это поведение наивного добрячка, безмерно ценящего семью, но когда от парня именно что требовалось заявить на публику о своей любви к почившему брату, он вновь поступил нетипично и прямым текстом сказал, что и сам бы того прикончил с большим удовольствием, а ещё крайне далёк от слепого непонимания внутренней политики своего клана. Да и всё, что было позже… Он даже не пытался скрыть, на какие тёмные мысли и поступки способен, но всё равно оставлял удивительно стойкое впечатление доброго и милого человека.