— Помни, о чём мы говорили! — и Клыку был показан кулачок.
— (О_О)… — выпучила глаза волчица. У меня, кстати, тоже было такое же выражение лица. Ибо что-то мне подсказывало, что не то чтобы без меня меня женили, но… в общем, у Ю Нин были некие«вопросики» к демонической волчице. Наверное. Это неточно. Но уточнять я не буду. Ибо мне мои нервы дороги.
Глава 40
Потратив некоторое время на утрясание вопросов с размещением стаи Демонических волков, а также окончательно разобравшись с сокровищами, в том числе и раздав должное родне из Тёмной Луны и наиболее мощным нашим практикам… ну и получив все фырки от своей белокурой принцессы, а также сдав Белого Клыка на растерзание и допрос с пристрастием женскому коллективу (что сильно сбавило накал фырков лично в мою сторону), я отправился навестить своего наставника в Академии Небесной Звезды. И первое, что увидел, — это значительный«рост населения» . Да чего там? Академия была откровенно забита. Более того, то приснопамятное плато, с которого, можно сказать, и начался мой рост как практика, тоже приняло хренову тучу народа, и этот народ усиленно пахал.
Найти Мастера Сюэ, даже в такой толпе, было несложно, ибо практик Восьмого Небесного Уровня, да ещё с Возвратом к Истоку, на территории имелся ровно один. Сейчас он был занят, наставляя и обучая, судя по цветам одежд и узоров, элитных бойцов присягнувших мне кланов. Все они находились на Пятом Небесном Уровне, кто-то в начале, кто-то ближе к пику, и с немалым почтением внимали речам проректора. Тот же как раз объяснял уже состоявшимся мужчинам и женщинам тридцати пяти-сорока лет, что пусть развитие физическое важно, но сейчас им нужно развивать свой дух, раздвигать границы восприятия и научиться принимать чудеса мира такими, какие они есть, а не так, как это принято воспринимать. Что же, пусть, на мой взгляд, всё ещё слишком много философии и образности, но основная суть более чем доходчиво изложена. Основная проблема — не просто понять слова, но действительно их принять и посмотреть на мир под иным углом.
— Учитель, — обратился я к нему, когда занятие было закончено и народ разошёлся.
— Ох… Лян Ю? — повернулся он. — Этот старик рад приветствовать Императора! — и поклонился.
— Ох, ради всего святого, только вы не начинайте, Мастер! — я закатил глаза, при этом с трудом сдерживая губы от расплывания в улыбку.
— Этот старик, — продолжил он гнуть свою линию, — обязан проявить должную почтительность.
— Будем считать, что вы её более чем проявили, — я всё-таки расплылся в улыбке. — Рад видеть вас, Учитель.