Серафим успела блокировать атаку, но взамен лишилась руки.

— Как же ты меня находишь…? — с интересом спросила Йормунганд.

Она не ожидала ответа, но Примера ответила.

— Я чувствую тебя… тебя и всё, что происходит вокруг. Не знаю, как это объяснить. Я просто знаю, куда нужно атаковать и как защищаться.

Похоже, это что-то вроде шестого чувства. Ну или какой-нибудь особой способности Примеры, хотя это и маловероятно.

— Ты стала сильнее, — улыбнулась Серафим, и на этот раз улыбнулась как любящая мать, а не стерва, которой она и прикидывалась.

Впрочем, наверное, для других эта улыбка была такой же.

— Покончим с этим! — крикнула Серафим и, создав в руке меч из энергии, бросилась на дочь.

Это была не отчаянная попытка победить. Она собиралась заставить дочь убить себя. Йормунганд не была хорошей матерью. Такую мать нужно гнать палками. А ещё лучше не позволять ей рожать детей. Тем не менее…

Примера сжала кулаки и встала в стойку. Казалось, её следующий удар будет сильнейшим. Даже Серафим такое уже не переживёт. И в момент, когда меч практически коснулся её плоти, она пригнулась, пропустила лезвие над собой, сделала шаг вперёд и… обняла свою мать.

— Что ты делаешь⁈ Отпусти меня! — закричала смущенная Йормунганд.

— Не пущу, — сказала Примера. — Я так давно хотела обнять тебя, но ты всегда меня избегала… наконец я тебя обняла и не отпущу.

Я улыбнулся. Что и следовало ожидать.

Ноктис, сидящий рядом со мной, выглядел задумчивым. Он то ли не понимал, то ли не ожидал такой концовки.

— Она что, так просто простит её? — спросил Первый Серафим.

— По-другому и быть не могло, — пожал я плечами. — Йормунганд — худшая мать, которую я встречал. Тем не менее, Примера — прекрасная дочь. Моя ученица слишком добрая, чтобы не прощать ту, кто даровал ей жизнь, — объяснил я.

Думаю, для самой Йормунганд, которая намеренно стала ужасной матерью, чтобы воспитать этих девочек сильными, такой исход не менее неожиданный.

— Я сказала тебе отпусти! — вся красная, кричала она.

Увидеть Быкову по-настоящему смущенной и растерянной… это определённо того стоило.

Однако Ноктис выглядел разочарованным.

— Нет, меня это не устраивает, — сказал он. — Не люблю слишком слащавые концовки.

Его глаза загорелись.

— А-А-А!

Я не успел ничего сделать, когда Йормунганд вспыхнула пламенем. Я попытался подбежать к ней и что-то сделать, но… даже Холодным Пламенем я не смог потушить это пламя. Пока от неё, пока от самой проблемной ученицы академии не осталось ничего кроме праха.

— Мама! — в отчаянных попытках спасти хоть что-то от своей матери, Примера обняла оставшуюся целой одежду и зарыдала.