Также я должен был поговорить и с Розалин. Она была моей личной ученицей. Поэтому неудивительно, что на вечеринке ее не было. Благодаря Агнии я узнал, где она спряталась и грустит уже много времени.
Ну или так я думал… реальность же оказалась немного другой…
— Это почти обидно, Учитель… я думала вы меня сразу пойдете искать, но, оказалось, я была последней. — обвинительно смотрела на меня личная ученица…
Поправка. Личная ученица в кружевном белье с прозрачной тканью и легким пеньюаром поверх.
Я попытался было уйти, но остановился… глаза Розалин были красными от долгого плача. И, было в них что-то такое… опасное.
У меня появилась четкая уверенность, что если я сейчас уйду, окончательно ее сломаю. И это вовсе не потому, что она выглядела слишком соблазнительно! Ну… разве-что чуть-чуть и поэтому, да…
— Теперь я не твой учитель… — отвел я взгляд.
Она хищно улыбнулась, будто только этих слов и ждала.
Несколькими шагами она преодолела расстояние между нами, и встала прямо передо мной.
— Именно, учитель… теперь вы просто мой любимый мужчина.
Она подалась вперед, и наши губы коснулись. На этот раз отталкивать ее я не стал. Но только на поцелуе она не остановилась. Взяв мою руку своей, она направила ее к пояснице и заставила меня обнять себя.
Вот ведь, ну как в такой ситуации откажешься?
Хотя, кого я обманываю. Я и не собирался отказываться. Не после всего, через что я прошел.
* * *
Глава 25
Бросив еще один взгляд на лежащую обессиленную Розалин, я выскользнул из комнаты и вернулся в актовый зал. Ученики и учителя собрались ради меня, было бы странно вот так просто исчезнуть посреди церемонии.
Тем более, Розалин вряд ли сможет продолжить. Вполне возможно, что сегодня был худший опыт в ее жизни, хотя я и старался быть нежным и ласковым…
Прощальная вечеринка была в самом разгаре, когда ко мне подошла Варвара. В её глазах читалась решимость, и я понял, что этот разговор будет важным.
— Максим, нам нужно поговорить, — сказала она, жестом приглашая меня выйти на улицу.
Разумеется, наш с ней разговор не для чужих ушей.
Мы отошли от шума и музыки, чтобы найти уединенное место для разговора. Снаружи было тихо, лишь мягкий свет уличных фонарей освещал наши лица.
— Варвара, что же тебе могло понадобиться от меня? — попытался я пошутить.
Правда, судя по выражению ее лица, ей было совершенно не смешно.
— Максим, я знаю, что ты уезжаешь, — начала она, её голос был твёрдым, но с оттенком грусти. — И я не могу просто позволить тебе уйти, не сказав важного.
Я почувствовал, как внутри что-то сжалось. Варвара всегда была для меня особенной, но я знал, что наш разговор будет непростым.