— Пойдем скорее, — потащил за собой друга Ким в их убежище.

Внутри грота оказалось не то, чтобы тепло, но, по крайней мере, безветренно. Кроме того, там хранилось некоторое количество вещей, составлявших все богатство мальчишек. В том числе большое и ужасно колючее одеяло, в которое он поспешил закутать несостоявшегося утопленника. Затем Виктор с помощью восковых спичек разжег костер в очаге, сложенном из крупных камней, и стало почти совсем хорошо.

В голове Марта все перемешалось. Он помнил, как на них во время испытаний дрона напали диверсанты, как он стрелял по противнику, но одновременно с этим в памяти упрямо возникала картинка с какими-то мутными типами, убившими подростка и бросившими его в море. Стоило телу парнишки оказаться в воде, как он очнулся и принялся отчаянно бороться за жизнь, но холодная и равнодушная пучина медленно, но верно засасывала его в глубину. И последней мыслью тонущего было сожаление, что он так и не смог подняться в небо.

— Как и у меня, — буркнул Вениамин, плотнее закутываясь в одеяло.

— Чего «у тебя»? — встрепенулся Витька.

— Ничего, — поспешил успокоить его Мартов, сообразивший, что начал мыслить вслух. — Просто не пойму, где мы?

— Как где, — изумился новый знакомый. — В нашем штабе!

— В штабе? — озадаченно переспросил Вениамин. — А почему не в госпитале?

— Как бы я тебя туда отволок? — удивился Ким. — Да и нет у нас тут близко госпиталя. Разве что в сеттльменте, а до него сорок верст.

— Дурдом! — пришел к выводу Вениамин, после чего решив все-таки узнать немного больше информации. — А ты вообще кто?

— Я кто? — даже обиделся приятель. — Да я твой лучший друг! Я тебя, можно сказать, спас! Из моря вытащил! Ну, почти…

— Кстати, из какого моря?

— Желтого, блин!

— Ё… — замысловато выразился Март. — Но ты так и не ответил, кто ты?

— Я — Виктор! — почти закричал тот.

— Цой? — на всякий случай переспросил Мартов, разглядев, наконец, корейскую физиономию своего спасителя.

— Сколько тебе раз говорить, нет у нас такой фамилии! Правильно — «Чхве», а «Цой» только ваши тупые чиновники пишут.

— Пофиг, — устало отозвался Март, до которого стала доходить суть происходящего.

Поскольку родная фирма частенько отправляла своего самого ценного сотрудника в командировки, в дороге он зачастую занимал себя чтением всего подряд от детективов до фантастики. Встречались и книжки про попаданцев. К Сталину, к Николаю II или в магические миры — не важно. Не то, чтобы Вениамину такая литература нравилась, но отвлечься и занять время помогала.

«Я попаданец!» — понял он и неожиданно даже для самого себя успокоился. Несмотря на очевидную бредовость эта версия объясняла и его местонахождение, и раздвоение личности. Об остальном, как говорила одна целеустремленная американская девушка, можно подумать завтра.