Демонстрируя русскому капитану свою приязнь, генерал Сюэ усадил его рядом с собой, а для молодого пилота и переводчицы охранник раскрыл откидные кресла, называвшиеся страпонтенами.

Проезжая через огромную толпу китайцев — чумазых, в саже, копоти и пепле, в подпалинах на одежде, которые, несмотря на горе, боль потерь близких и все еще полыхающий старый город, улыбались, кричали и приветственно махали руками своим новым героям.

— Привет, — улучив минуту, шепнул сидящей рядом барышне Колычев. — Меня зовут Март.

Та в ответ окатила его ледяным взглядом, способным заморозить небольшое озеро. Однако молодого пилота, буквально только что одержавшего блестящую победу в своем первом воздушном бою, этим было не смутить. Куда-то делись едва не свалившая его усталость и головная боль. А кровь, напротив, буквально бурлила в жилах, отчего хотелось сотворить какое-то безумство. Например, поцеловать эти красиво очерченные губы…

— Я слышал, прозвище вашего генерала — Байлин [1], — продолжал он болтать, стараясь нащупать слабину в глухой обороне переводчицы. — Бай — это точно белый, а лин — или свет или лес в переводе, а почему его так зовут?

— Ни то, ни другое, — не смогла удержаться от возможности поставить на место болтливого «заморского черта» [2] девушка. — Это означает: холм, гора, сопка и мавзолей.

— И что это значит все вместе?

— Суровый, строгий старший брат.

— Спасибо. Это очень важная информация!

— Зачем тебе это? — удивилась она. — Ты ведь всего лишь пилот!

— Это великая тайна, но с вами я могу ею поделиться. Вы ведь никому не расскажете… Перед вами, о прекрасная дева, даос, открывший секрет бессмертия. Великий маг и чародей, — с совершенно серьезным и невозмутимым видом произнес Март. Ошарашенная таким заявлением соседка ответила ему недоуменным взглядом, но потом сообразила, что это шутка, и не смогла удержаться от улыбки. Колычев удовлетворенно качнул головой и продолжил растапливать лед. — И еще мне просто интересно. У вас красивый язык... и девушки тоже.

Последний комплимент явно пришелся по вкусу суровой спутнице китайского генерала, и она стала поглядывать на своего соседа уже не столь холодно.

Миновав толпу, машина прибавила ходу и покатила, что сразу отметил Март, не в сторону горящего центра города, а к возвышающейся на северной окраине высокой горе, в склоне которой, очевидно, и располагались бункеры для высшего начальства.

Тем временем между генералом и неплохо владевшим мандаринским диалектом Зиминым тоже завязался короткий диалог.

— Вы появились как нельзя вовремя.