* * *

К Ширяю приехал на такси.

— О, Серёга! — радостно воскликнул он, встречая меня внизу в гостиной.

Похлопал меня по спине и даже попытался ущипнуть за щеку.

— Поосторожней, Глеб Витальевич, у меня травмы.

— Да ладно, загордился-то как, вы только поглядите! Пойдём, расскажешь мне, что к чему. Молодец. Не ошибся я в тебе.

— Рад, что вы рады, — усмехнулся я. — Чему, кстати, радуетесь? Пистолет, что ли, принесли?

— Принесли и пистолет, и это — как оно — блогерши фотографии. Всё принесли. Как ты это сделал? Рассказывай.

— Дайте проглотить что-нибудь, Глеб Витальевич. А то кишка кишке бьёт по башке.

— Сейчас скажу повару, чтобы в кабинет принёс, — сказал он, повернулся к двери и заорал. — Оливье!

— Разве он Оливье?

Выглянул французский шеф.

— Оливье! Собери что-нибудь для Серёги. Похавать.

— Сейчас сделаем, — кивнул Оливье и широко улыбнулся.

— Пойдём, пойдём. Будешь сигару?

— Нет, спасибо…

— Зря, но как хочешь. Смотри!

На столе лежала нарядная, сверкающая, недавно натёртая тряпочкой, «Беретта» с перламутровыми щёчками.

— Надо бы её утилизировать, Глеб Витальевич, — покачал я головой. — А то ведь на ней два тела.

— Сейчас Анжелика приедет, покажу ей и сразу в серную кислоту. Или в царскую водку. Ну, рассказывай, как ты, был у Сенатора?

— Был-был. Был и у Сенатора, и у Чингиза тоже был.

— А чё так долго-то?

— Ну, после Сенатора снова к Чингизу поехал.

— Зачем? — вздёрнул брови Ширяй.

— Да он написал, что нашли Арслана. Пригласил посмотреть.

— Ну, понятно. Короче, зрелище.

— Да ладно, я ж не смотрел на это всё. Я там чай пил с чингизовыми сыновьями.

— Сколько им там?

— Шестнадцать и четырнадцать.

Принесли еду, и я набросился на антрекот, на салат, на соус. И пока я ел, Ширяй хотел, чтобы я ещё раз более подробно передал все разговоры.

— Еда должна быть невкусной, — сказал я.

— Почему это?

— Чтобы меньше есть.

Он захохотал.

— Неплохо мы с тобой придумали, да? С этим параллельным импортом?

.

— Неплохо, — кивнул я, хотя его участие в этой задумке было весьма условным.

Вскоре приехала Ангелина.

— О! Привет! Все в сборе! — воскликнула она. — Как же здорово вернуться домой. Задолбал этот Дубай. Ничего там хорошего нет. Чего туда народ прётся? Хотя, конечно, если б я жила в Атлантисе…

— Садись давай.

— Ну, — воскликнула она, подбоченившись, встав напротив меня, — скучал, жених?

— Конечно, — сказал я и повторил слова Чингиза — спать не мог, кушать не мог.

— Ну пойдём, тогда, я тебе подарки привезла, — кокетливо сказала моя невеста.

— Подождут подарки, — оборвал её дед. — Мы с ним улетаем.

— Куда? — с возмущением спросила она.