— Интересно, — усмехнулась Ангелина, когда мы вошли в квартиру, — впечатлит тебя или нет… Иди смотри, это в кухне.
Я зашёл в кухню, и в нос ударил сладко-металлический запах.
— Ну-у-у! — протянула Ангелина ступая за мной.
Я сделал шаг и остановился, как вкопанный. На полу, в луже собственной крови лежал вчерашний Азад. Он уже не дышал.
6. Здравствуй, Дедушка Мороз
— Хороший сюрприз, — выдохнул я, оглядывая кухню, являвшуюся частью большой гостиной.
Картина была что надо. Мышь, опьянённая запахом крови заволновалась, засуетилась, начала царапаться.
— Не скажу, что это именно то, что мне хотелось бы увидеть, хотя, если честно, этот хрен мне сразу не понравился.
— Что⁈ — воскликнула Ангелина сдавленным голосом. — Твою мать!!! Твою мать!!! Охереть!!!
— Эффект, вынужден признать, действительно сногсшибательный, — кивнул я. — Убойный. Молодец, Анжелик. Не ошибся я в подруге жизни.
— Что?!!! — вскрикнула она. — Что ты мелешь?!! Ты думаешь?..
Она оборвала себя на полуслове, но я на неё даже и не посмотрел сейчас. Я разглядывал место преступления.
Азад лежал на боку, неловко поджав под себя руку, будто просто завалился передохнуть, да так и отключился. Только проснуться ему было не суждено. Вокруг него расплылась огромная лужа крови. И воняла эта лужа, просто трындец. В нос бил густой, сладкий металлический запах. Без трупной вони. Без затхлости. Свежак. Я поморщился.
— Ты думаешь, я бы пустила его в дом⁈ Я не этот сюрприз тебе приготовила, другой!!!
— Другой? — мрачно усмехнулся я. — Как говорил некто Ипполит в одном популярном кинофильме, ещё один? Где Павлик?
— Какой ещё Павлик? Посмотри, ты видишь, бутылка шампанского и два билета на концерт Бутусова? На стойке! Он будет старьё из «Наутилуса» петь. Тебе же нравится эта херня!
Я повернулся к Ангелине. Она была на взводе. Бледная, серо-зелёная. Она старалась не смотреть на то, что лежало на полу, и, похоже, единственное, что её поддерживало сейчас — возмущение.
Высказавшись, она глянула на пол, потянула воздух и резко зажала рот ладонями. Я быстро взмахнул рукой в сторону коридора:
— Живо в туалет! Не вздумай здесь оставить ни капельки!
Она повернулась и кинулась прочь. А я присел рядом, стараясь не наступить в кровь, и внимательно осмотрел тело.
Стреляли в упор или почти в упор. Входное отверстие находилось сбоку, чуть сзади, под самым ухом, там, где шея переходит в основание черепа. Работал свой, я не сомневался. Тот, кого Азад подпустил к себе близко и от кого подвоха не ждал. Тот, кто пришёл вместе с ним. Могла это быть Ангелина? Я сжал челюсти… Вряд ли…