— Говори скорее. Что тебя привело?

— Ширяй.

— Лихо я его за жабры ухватил, да? — усмехнулся он.

— Лихо, — серьёзно кивнул я. — Он явно занервничал, потому что не смог понять, блефовали вы или нет.

— Блефовали или нет?— засмеялся Садык. — Я их всех скоро… Знаешь, где они у меня будут?

— Знаю, Владимир Кажимович. Я, собственно, пришёл вам напомнить одну важную вещь.

— Что ещё? — прищурился он, и глаза превратились в тонкие щёлочки.

— То, что благодарность является одной из отличительных черт разумных существ, — усмехнулся я. — Вам, к примеру, нальют золота на погоны. Опять же, получите пожизненную ренту с негодяев.

— Так, это ты к чему клонишь? — недовольно прикрикнул он.

— Это я так, шуткую. Короче, медальку не забудьте мне дать.

— Я тебе дам такую медальку, ещё раз попробуешь так пошутить.

— Нет, я серьёзно, Владимир Кажимыч. Без меня бы вы Давида не взяли.

— Размечтался! Тоже мне, ключевая фигура. Ладно, не бойся, отблагодарю. Когда закончим. Это всё, что ли? Ты из-за этого пришёл?

— Нет, не из-за этого. Пришёл сообщить, что Ширяй нервничает. Что вы ему такого сказали-то?

— Ты чё думаешь, — усмехнулся он, — я с тобой буду следственные действия обсуждать?

— Ну хотя бы намекните. Я ж тоже в деле. Я ваш агент, как-никак. Мне ж надо понимать, чё его там жопу так припекло. Чуть не убил меня.

— Ха-ха-ха-ха! — радостно воскликнул Садык. — Я ему сказал, что Давид заговорил.

— Да ну? — взмахнул я рукой.

— Что да ну?

— То, что Давид бы не заговорил.

— Да ты что? Неужели? — усмехнулся он.

— Да сто процентов. Честно говоря, немного даже странно, как Ширяй на такую шляпу купился.

— Наверное, услышал от меня то, что мог услышать только от Давида? — не без самодовольства ответил Садык. — Короче, давай. Задача сейчас раскрутить Ширяя на сотрудничество по-полной.

— Он меня-то не послушает, — пожал я плечами.

— Послушает, не послушает… Ты капай ему на мозги и всё. Понял? Давид, действительно, мне кое-что сообщил. И я так понимаю, что это послание, которое можно понять как, если убьёшь меня, всплывёт правда.

Да, если убьёшь меня, всплывёт правда о Фокусе. Вполне возможно.

— То есть, — кивнул я, — он дал вам приманку, чтобы вы передали Ширяю. И тот понял, если не пойдёт на уступки, ему трындец.

— Он дрожит за свою шкуру, — засмеялся Садык. — Все боятся за свою шкуру. Но Давид сейчас в камере. До него, конечно, дотянуться непросто, но такие случаи бывают. Случаются случаи. И он понимает, что пока он мне нужен, я такому случаю произойти не дам. И поэтому будет пытаться держать меня на натянутом поводке. Сечёшь, агент? Вот так-то! Это ты мне всю жизнь должен будешь за то, что я тебе такой урок преподаю. Пацану несмышлёному. Жизни тебя учу. А ты медали с меня требуешь.